Химеролог

Все они оказались перегорожены массивными проржавевшими решетками, которые поставили невесть сколько лет назад. Я подошел к одной из них и скептически посмотрел на огромные каверны в металле. Ржа почти перегрызла стальные прутья, при нужде их можно легко вырвать.

Вернувшись назад, нашел ровную площадку и остановился.

По моим подсчетам, от места спуска я отошел на сотню-полторы шагов. Надо мной сейчас хижины простых жителей, что никак не помешает в осуществлении моего замысла. Можно приступать.

Пришлось сбегать наверх и сделать метелку из полыни, чтобы смести накопившуюся вековую пыль.

Хорошо, что по тоннелю гулял ветерок, иначе я бы задохнулся. Поднятая пыль хорошо липла к телу, поэтому к концу уборки я был грязен, как свинья, однако удовлетворенно взирал на дело рук своих – гранитная площадка была чиста, словно в день постройки. Идеально.

Выудив из сумки свиток, раскатал его на полу и придавил края камешками. Еще раз придирчиво осмотрев его, я вынул мел и приступил к начертанию.

Так-с, рекомендовано начинать с внутреннего круга.

Логично, в таком случае я всегда смогу видеть, что черчу, и не сотру фигуры. Что там у нас… Ага.

Покрепче ухватив мел, я уверенно провел первую линию.

В центре печати расположился круг – место, которое займет накопитель. Снаружи квадрат, углы которого устремлены по сторонам света. Расписываю цепочку символов на каждой грани и не забываю чертить линии, связывающие воедино все части печати. Рисую звезду, малые печати концентрации на лучах, цепочки символов, провожу главные и побочные линии силы, связывающие все воедино.

Завершаю рисунок вязью символов по внешнему кругу.

Мелок порхал в пальцах и пачкал гранитные плиты. Рисунок усложнялся, фигуры сплетались в диковинных сочетаниях, и каждая имела смысл. Даже самая малая деталь важна в ритуалистике, нигде нельзя ошибиться, слишком велика цена ошибки.

Готово!

Линии вспыхнули желтоватым пламенем и выровнялись. Все мои мелкие погрешности, неровности исчезли. Печать выглядела так, словно вышла из-под рук механоида, а не человека: точно выверенные линии, идеальные окружности, вычурные трины и секстили.

Я неотрывно смотрел за тем, как гаснет волшебное пламя. Первая печать, начертанная собственноручно, будоражила сердце и сознание, вызывала гордость и удовлетворение. Впервые я настолько близко соприкоснулся с миром магии – и это восхитительно! Незабываемо.

Сердце кольнуло досадой оттого, что я не могу сам активировать печать.