Постоянная времени

Через два дня стали поступать собранные Питом по всей стране вампиры.

Дэн позвонил Раттлифу.

– Фрэнк, я хочу привлечь парней Пита для наблюдения за вампирами. Вся информация, конечно, записывается, но ведь должен же кто-то ее просматривать. Распорядитесь, пожалуйста, насчет пропусков.

– Исключено. Ты ведь знаешь, какой у нас режим. Морпехам запрещен доступ в секретные помещения.

– Они не охранники, Фрэнк, а эксперты по вампирам. Это совсем другое дело.

– Но почему ты не хочешь поручить наблюдение кому-нибудь из своих?

– Во-первых, все они теоретики, а здесь необходимы люди, понимающие подноготную клиентов.

Далее – у них и так полно работы. И потом, вы представляете, что там будет твориться? Нет, мне нужны закаленные бойцы, я не хочу навещать своих ребят в психушке.

– Уговорил, на первое время сделаем «полосатые» пропуска, а там видно будет.

– Но ведь им понадобится постоянное сопровождение! Кто этим будет заниматься? Фрэнк, эти ребята не с улицы пришли, какой-то допуск у них есть.

Выдадим пока «синие» карточки и будем оформлять на Top Secret, как консультантов.

– Дэн, «черные» пропуска – это серьезная ответственность. Очень серьезная! Зачем их давать?

– Да потому что это сотрудничество надолго, неужели не понимаете? А персонал с уровнем Secret обычно работает только в ожидании завершения оформления полного допуска. Это ведь общепринятая практика.

– Хорошо, на кого конкретно нужно выписать пропуска?

– На всех. Пять вольеров, три смены, как раз пятнадцать человек.

Двенадцать часов – дежурство, потом – сутки отдыха.

– Ладно, что-нибудь придумаем.

Через шесть дней все камеры были заполнены. Несколько экземпляров поступило даже от союзников по НАТО. Первая фаза эксперимента стартовала.

Глава 4

Блестящий Версаль беззаботно нежился в июньской утренней свежести. Шелестели обдуваемые легким ветерком кроны деревьев; звонко шипели, заглушая птичьи трели, упругие струи фонтанов. Невозможно было даже представить себе, что где-то вдали гремят сражения и тысячи солдат остервенело режут друг друга, а оставшиеся в живых жгут захваченные села, убивают ни в чем не повинных крестьян и пускают по кругу попавших в их лапы женщин, отгоняя этими зверствами мысли о том, что на другом конце Европы с их собственными женами и дочерьми обходятся точно так же.

Граф де Грильон шел, позвякивая шпорами, по грандиозной Лестнице послов королевского дворца.