Четыре Искры на Байкале

Движение это было настолько лёгким, как первая робкая поклёвка трогает поплавок, и настолько неожиданным стал эффект от этого движения: Серж словно стёк вниз, за доли секунды превратившись в чёрного кобелька – хвост баранкой, на морде белое пятно. Кобелёк взвизгнул и залился лаем, бросаясь на невидимую стену, отделяющую его от Пятого.

Рука переместилась в сторону Женьки, лёгкий кивок пальца, и вот уже лохматый лев недоумённо оглядывается на нас.

Занятый разглядыванием метаморфозы, которая приключилась с моим другом, я пропустил себя.

Неожиданно уровень пола резко приблизился, звуки и запахи стали резче и отчётливее. Я приподнял руку и увидел чёрную кошачью лапу с белой варежкой возле когтей. Как ни странно, находиться в теле кота мне было достаточно комфортно. Сжавшись, я оттолкнулся задними лапами и, сделав в воздухе кульбит, приземлился на все четыре лапы. Довольно муркнул. И тут, помимо мой воли, шерсть на мне поднялась дыбом. Резкий неприятный запах заставил зашипеть, и я повернулся влево, готовый немедленно сцепиться с угрозой, которая исходила оттуда.

Огромный бурый медведь сидел на попе и с недоумением разглядывал свои передние лапы.

– Каждому из вас достался образ, максимально соответствующий его внутреннему миру, – сказал Пятый, дёрнул кистью, и мы вернулись в свои тела.

Несмотря на то что эти трансформации произошли очень быстро, никакого дискомфорта я не почувствовал. Сознание оставалось моим и только моим. Да, изменялось мироощущение, изменялось восприятие запахов, звуков, цветов, но при этом моё внутреннее «я» оставалось неизменным и в образе кота, и в образе человека.

Не успев ещё отдышаться, Женя задал следующий вопрос, за что немедленно и поплатился.

– А вы можете превращать нас только в соответствующих…

Он не договорил, превратившись в огромного зелёного Халка. Пятый посмотрел на творение своих рук, щёлкнул пальцами, и у Халка вылезли вверх и вниз жёлтые клыки, сантиметров по 20 каждый. Зелёная туша бухнулась на колени, выставив перед собой огромные раскрытые лапищи, и вернувшийся к своему нормальному виду Женька всё ещё на коленях и с поднятыми, как у сдающегося фрица руками, проговорил:

– Я всё понял, о великий! Хватит с нас демонстраций!

Пятый принял величественную позу и снисходительно кивнул.

Секунды три он выдержал в маске сфинкса. Потом, сначала подёрнувшись сеткой морщинок, засмеялись его глаза, а следом и рот растянулся в доброжелательной улыбке.

Мы выдохнули.

– Итак, вы духи.