Игры разума

 – И не спится же кому-то в такую рань».

Идя по квартире на надрывающиеся звуки средства связи, Вадим полностью ощущал на себе утренний синдром, в точности описываемый фразой: «Поднять подняли, а разбудить забыли».

– Алло? – без всякого настроя на беседу, зевая, спросил Вадим, каждой своей клеточкой ощущая, насколько же слипся его организм.

– Вадим! – на той стороне телефонного провода прозвучал встревоженный голос Бориса Борисовича. – Твой отец пропал.

От сонливости не осталось и следа.

– Что? Как это случилось?

– Сергей позвонил мне вечером, сказал, что ты заболел, поэтому приедет один.

Но он так и не появился у меня.

– Борис Борисович, а на мобильник вы пробовали звонить?

– Отключен.

– Мы должны разыскать его.

– Хорошо, собирайся, заеду за тобой через полчаса.

Послышались короткие гудки, и Вадим положил трубку. Внезапное исчезновение отца заставило позабыть о вчерашних неурядицах, сводивших его с ума. Он свел их к острому проявлению галлюцинаций, вызванных перевозбуждением и повышенной температурой тела.

Сейчас мозг занимала одна мысль – его отец пропал, и это нехорошо. Сергей Дмитриевич не славился склонностью к внезапным исчезновениям. Обо всех своих «похождения» и «загулах» он всегда предупреждал родных, особенно если собирался отключить сотовый.

Быстро приняв холодный душ, Вадим смыл остатки сна и вернул себе ясность сознания. На кухне он нашел записку от Лары, объяснявшую отсутствие «жены»:

Ушла в салон становиться неписанной красавицей.

Будь умницей, и даже не вздумай снова сказаться больным. Сегодня ты так легко не отделаешься. Чмоки-чмоки.

Аппетита совсем не было, и Вадим через силу влил в себя кружку чая.

Вернувшись в спальню, он переоделся и вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь.

Во дворе его уже ожидал новенький «Chevrolet Lacetti» Бориса Борисовича. Вадим сел на переднее пассажирское сиденье, и они отправились в путь.

***

Автомобиль на высокой скорости несся по «Скандинавии», с каждой минутой все дальше и дальше удаляясь от города на Неве.

Автодорога на удивление была почти пустой, а потому спустя два часа, они, наконец, притормозили у нужной им развилки.

– Подождите, Борис Борисович, – одернул водителя Вадим, – отец всегда любил ездить по проселочной дороге, поворачивайте налево.

– Верно.

Показав левый поворот, Борис Борисович повернул руль, и уже совсем скоро асфальт сменился грунтовкой, полной дыр, ухабов и ям.