Океан Ветров

Признаюсь, что все это время я не придавал этому никакого значения.

– Разве Молдиверг ничего не сказал тебе про символ?

– Нет, – ответил Вадим. – Он сказал, что ничего не знает.

– Это весьма странно, и на него не похоже. Молдиверг знает об этом символе уж точно больше, чем я. Странно. Заран, не могли бы вы послать кого-нибудь за Молдивергом? Я хочу с ним переговорить. Стил, можешь показать Вадиму базу.

Вадим поднялся с кровати и проследовал за Стилом к выходу. Они попали в небольшой, тускло освещенный коридорчик, который под прямым углом переходил в другой, но более длинный.

Шли молча, лишь эхо их шагов, отраженное от стен, нарушало блаженное спокойствие тишины.

Гершем молчал, потому что молчал Вадим. Вадим же просто не знал, что спросить или сказать. Он внимательно посмотрел на Стила оценивающим взглядом. На правом запястье гершема был одет предмет, внешне походивший не то на браслет, не то на ручные часы, только гораздо больше и объемнее, а на его шее висел золотистого цвета медальон в форме объемной закорючки, похожей чем-то на морской узел.

Стил, поймав взгляд Вадима, спросил:

– Удивлен моей молодостью?

– Честно говоря, да. На вид тебе не больше шестнадцати.

– Мне пятнадцать. Время на Марсе идет в два раза медленнее, чем на Земле, где я был бы уже тридцатилетним, как ты. Наш год, примерно, как два земных, а если быть точным, то он составляет 684 дня и состоит из 12 месяцев: авнур, кормзгок, рут, рев, руф, алгуби, алгубат, гисип, завруп, кубиступ, отобу и кабс, каждый из которых включает 57 дней и состоит из трех недель по 19 дней в каждой.

Сам календарь достался нам от прамарсиан, некогда живших на нашей планете, а название месяца кормзгок совпадает с названием реки на севере.

– Постой, – Вадим остановился, в голове возникла мысль, что его опять водят за нос. Он уже устал спрашивать себя: «Почему всегда все знают больше, чем я им говорю», – Тебе откуда известен мой возраст?

– Как только ты попал к нам, мы измерили все твои показатели.

 – Они двинулись дальше и подошли к небольшому проему в стене.

– Я вообще очень удивляюсь, почему ты не подвергся мутации.

– Это еще почему?

– На нашей планете другое воздействие времени. Любой инопланетянин, если не погибает от танла, подвергается мутации спустя сутки: увеличивается или уменьшается в размерах в два раза, если не вживить специальные ферменты и мутагены. Как ты сам видишь, с тобой этого не произошло.