Майор Ветров

Марина еще раз позвала его, а затем медленно подошла к подъезду и открыла дверь…

Роман продолжал оставаться на месте, а затем пошел в сторону своего дома. В голове почему-то возник мотив песни Кикабидзе: «Вот и все, что было, вот и все, что было…»

Все это вспоминал майор, находясь в дреме. Он неожиданно вздрогнул и подумал: «Ну вот, хоть что-то начал вспоминать. Но я хочу вспомнить о чем-то? О чем же? Надо все по порядку. Я поссорился с Анатолием Конюховым… А затем? Мы подрались? Да, да, подрались, и драку начал я!»

Вспомнив о драке, Роман вспомнил и о том, как его вытурили из института, затем военкомат.

Военком из уважения к отцу хотел его направить в медслужбу, то ли в танковые, то ли в войска связи, но Роман упрямо твердил: «В Афганистан!»

Военком пытался отговорить Романа, убедить, что у него карьера медика впереди, но встречал ответ: «Только в Афганистан!»

– Мальчики! – раздался звонкий голос. – Кому сегодня первому укольчик в попу, градусник под мышку, таблетку под язык?

Это была медсестра Фроня – некрасивая, угловатая, чуть хамоватая женщина, которая говорила о себе только так: «Мы, девушки, не любим ни редьки, ни хрена, ни вафлей! Мы просто женщины, причем нехудшего качества».

Каждый раз, когда Фроня неожиданно появлялась в палате, где лежал один-единственный следственно-заключенный Ветров, она обращалась словно к нескольким больным.

Роман что-то недовольно промычал и, пытаясь сохранить нить воспоминаний, молча повернулся на живот. Что-что, а уколы Фроня делала мастерски: сначала протирала спиртом одно место, хлопала ладонью по другому и вонзала иглу в третье.

Ветров не обращал внимания на процедуру, он пытался не потерять нить воспоминаний. Он чувствовал, что еще чуть-чуть усилий – и вспомнится главное, из-за чего он мучается! Ему надо вспомнить что-то очень важное. Он понимал: стоит ему вытащить из затравленной, напичканной наркотиками памяти это что-то, и все в его голове, рассудке станет на место, он получит что-то очень, даже очень важное.

Но Фроня продолжала вытаскивать Романа из забытья. Она, тараторя о мальчиках, сунула Роману таблетку в рот, дала глоток водички, вставила под мышку термометр и только после этого, виляя тощим задом, двинулась к двери. Роман понял: конец воспоминаниям!.. Впереди – нудный, заполненный тяжелыми мыслями день.

Глава 19. Чечня

Горная лесистая местность. Передвижной командный пункт полковника Ивняка расположился на небольшой, более-менее ровной полянке.