Майор Ветров

Не скрою, по дороге и даже когда приехали он пытался приставать ко мне, даже у дома долго из машины не выпускал, но я вырвалась… а затем долго стояла у подъезда, надеялась, что ты уже остыл и придешь…

Ты должен меня понять, я уже вся извелась, не знаю, какое по счету письмо пишу, а тебе все равно. Значит, наши отношения были развлечением молодости? Прости, но я больше не могу. Решила так: не ответишь, значит, это сигнал, что я тебе не нужна, я свободна. Не скрою, Конюхов и сейчас оказывает мне знаки внимания, пытался в любви объясниться.

Не обессудь, но если я тебе не нужна, то, возможно, приму его предложение, жизнь действительно коротка и сложна. Я жду от тебя хотя бы словечка, надеюсь, что ответишь. Целую, твоя Марина».

Солдаты загалдели:

– Наверное, клевая деваха!

– Может, с ногами кривыми, если Ветров даже письма не читает…

– А может, ему еще рано о любви думать…

– Нет, он старше нас…

И вдруг все замерли… Они увидели в казарме Ветрова. В смущении солдаты стали расходиться. Охотин лихорадочно сунул письмо в тумбочку и в растерянности начал поправлять постель Ветрова и свою.

Роман медленно приближался. Казалось, драка неотвратима, но ситуацию спас дневальный. Он ворвался в казарму и истошно закричал:

– Взво-о-од, боевая тревога! Оружие, боеприпасы, НЗ, фляги с водой! Броня у казармы!

Тревогу все восприняли с облегчением. Ситуация могла привести к мордобитию. Охотин в числе первых выскочил из казармы, а Ветров, наоборот, не спешил. Он сел на кровать и пустым взглядом уставился в тумбочку: «Что же это? И здесь пытаются влезть в твою душу! Гадко, противно, словно в дерьме сидишь!»

В казарму заглянул дневальный:

– Ветров, ты что, офонарел?! Взвод уже весь на броне, сейчас колонна тронется, а ты копаешься, марш на улицу, сказано же – боевая тревога.

Подсумок не забудь!

Роман, действуя автоматически, схватил оружие, боеприпасы, вещмешок и подсумок. Через минуту он уже сидел на бронетранспортере. Взводный, старший лейтенант Ребров, спросил:

– Флягу с водой, НЗ не забыл?

– Он у Маринки отобедает… – ответил кто-то из солдат.

Ветров медленно повернул голову, и говорун, увидев взгляд, мгновенно прикусил язык.

К месту назначения колонна шла более двух часов. Изредка над ней проносились попарно боевые вертолеты Ми-24, они кружили впереди, били эресами, работали пулеметами. Вскоре колонна прибыла на место. Прежде чем соскочить с борта бронетранспортера, Роман прикинул длину колонны – не менее трех километров.