Майор Ветров

Степан взял в рот пару кусочков колбасы и подбодрил:

– Ты, Роман, ешь, я уже поужинал, выпей пару яиц, они силы восстанавливают.

Насытившись, Роман встал из-за стола, и они вместе убрали стол, вымыли посуду.

– А где ты меня уложишь? – спросил Ветров. – У тебя же в бытовке одна кровать.

– Не волнуйся. У меня есть раскладушка. Так что пошли, вижу, у тебя уже глаза слипаются.

Степан достал из-за шкафа металлическую раскладушку, приготовил две постели.

На кровать он уложил гостя, сам устроился на раскладушке.

Ветров уснул сразу же. А затем наступило утро. Во время завтрака почти не разговаривали, каждый думал о своем. Ветров ломал голову, что делать. Идти по городу, да и просто передвигаться вдоль дороги неизвестно куда в госпитальной пижаме и домашних, вернее больничных, тапочках – глупо.

Но у него нет ни одежды, ни копейки денег. Просить гостеприимного хозяина стыдно.

Степан явно был занят раздумьями, что делать в грядущий день. Проблем много. Но случилось так, что проблема разрешилась сама собой. Только они позавтракали, как у дома остановились два «жигуленка» и явились восемь мужиков. Это были друзья Степана. Они напомнили, что сегодня воскресенье, и они прибыли к другу на субботник.

Смех, шутки, дружеские колкости сразу же пришли на смену тяжким раздумьям Степана и его гостя. Один из приехавших рассказал анекдот:

– Мужики, слышали, на приеме в Министерстве иностранных дел жена американского посла наотрез отказалась есть груши.

– Это почему же? – спросил второй.

– А потому, что узнала, чем в России их околачивают.

Мужики поржали, один из них рассказал другой анекдот.

Он – лет тридцати пяти, усатый, крепкий мужчина, поставил ногу на чурку у костра, театрально начал рассказ:

– Представьте себе, Франция. Дом богатого парижанина. Отпрыск в возрасте девяти месяцев говорит своей матери: «Мадам! Подготовьте, пожалуйста, обе груди, я буду ужинать не один».