Взгляд из прошлого

Девушка села прямо на пол, облокотившись спиной о постамент, и заплакала.

Вдруг она услышала позади себя протяжный глубокий вздох. Принцесса резко поднялась на ноги и, обернувшись, увидела сидящего в гробу Сапирмута, который пытался откашляться.

– Налигуна? Но что ты здесь делаешь? – справившись с одолевшим его недугом, Сапирмут заметил стоявшую рядом сестру.

– Живой, – дрожащим голосом произнесла она и крепко-крепко обняла его. – Видишь ли, мои планы немного изменились, – произнесла девушка.

– Я не понимаю…

– Сейчас не лучшее время для рассказов и объяснений, – перебила его сестра. – Давай-ка выбираться отсюда, если нас тут застукают – вдвоем в одном гробу будет тесновато.

Сапирмут молча кивнул и, подтянувшись на руках, выбрался наружу. Затем они опустили крышку домовины на ее прежнее место.

– Здесь повсюду стража, – пробормотала Налигуна, – так что единственный вариант сбежать – это добраться до монумента короля Гирумешопа.

Под ним должен быть спрятан вход в подземный тоннель. Я читала об этом в одной из библиотечных книг.

– Придется пройтись через парк.

У правой от входа в зал стены имелось небольшое подвальное окно, которое на счастье беглецов, было открыто. Потушив факел, Сапирмут подтянулся и первым выбрался, после чего подал руку сестре.

Теплая летняя ночь опустилась над парком. Именно сюда и попали трионт и трионтка. Укрывшись в тени высокого дерева, Сапирмут и Налигуна затаились, ожидая пока мимо пройдет очередной караул.

Навстречу караулу шли два офицера стражи. Они остановились прямо напротив дерева, за которым прятались принц и принцесса.

– Кто бы мог подумать, – донесся до беглецов голос одного из офицеров, – что убийцей окажется Сапирмут. С виду такой спокойный, дружелюбный парень.

– Ха! – отозвался второй. – Внешность, как известно, друг мой, обманчива, а все психопаты с виду самые обычные граждане.

А этот принц, скажу я тебе, точно психопат. Убить собственную мать, да еще каким зверским способом, и при этом голову ее хранить у себя в шкафу. Вот что она ему этому сопляку, бедная королева, сделала?

– А вдруг это не он?

– Это еще почему?

– Да странно как-то то, что и топор в крови, и окровавленная одежда, и отрубленная голова лежали в его шкафу, словно ждали, когда их найдут.