Агентурная кличка – Лунь (сборник)

Лунь еще боялся поверить, что все уже позади, но кружка горячего чая, сдобренного хорошей толикой рома, и сэндвич с тунцом убедили его, что все будет хорошо.

В Ньюгэвэне, куда после двух часов бешеного лета по волнам прибыл катер, их встретила санитарная карета и тоже на полной скорости помчалась в сторону Лондона.

Глава третья

Ночь в «Малой Венеции»

Утром Лунь проснулся на железной койке, стоявшей в небольшой комнатке с оконцем под потолком – то ли в камере, то ли в больничном изоляторе. Рослый негр-сержант принес ему тарелку порриджа с кусочком сливочного масла и кружку черного кофе.

– Капитан-лейтенант Моулди, – представился он.

– Майор Вебер, – ответил в свою очередь Лунь.

– Надеюсь, майор абвера? – усмехнулся Моулди, переходя на немецкий.

– Никак нет. Майор советской военной разведки.

– О, это интересно! А чем вы докажете, что вы не майор абвера?

– Ну, хотя бы тем, что у меня нет удостоверения агента абвера.

Моулди улыбнулся:

– Ценю ваш юмор. У нас есть союзнические контакты с Разведупром Красной Армии. Мы можем сделать запрос о вас?

– Конечно. Но скорее всего вы получите ответ, что такого сотрудника в их системе нет и никогда не было. В лучшем случае вам ответят, что я невозвращенец, перебежчик, а значит, пособник немецкой разведки.

– Логично.

– Может быть, еще один вариант. Они подтвердят и потребуют немедленной передачи меня в советское посольство.

– Хорошо. Запрос отпадает. Тогда расскажите о себе поподробнее.

Лунь честно, утаивая лишь детали своей работы в Кёнигсберге, поведал свою закрученно-перекрученную историю. Но из всего рассказанного как раз именно его работа в Кёнигсберге интересовала Моулди больше всего.

– У вас осталась в Кёнигсберге своя сеть?

– Нет, с моим уходом она распалась.

– Возможно ли ее восстановить?

– Вряд ли. Такую сеть надо создавать заново.

– Кто был вашим резидентом в Кёнигсберге?

Лунь назвал кличку расстрелянного Орлана. Но Моулди хотелось знать больше. Он расспрашивал о структуре Разведупра в Москве.

– Думаю, вы об этом знаете больше, чем я, – пожал плечами Лунь. – Почти десять лет я прожил в Германии, а нелегалов меньше всего информируют о структурных изменениях в Центре.

Моулди прошелся по комнате, заложив руки за спину.

– Все, что вы рассказали, чрезвычайно любопытно.