В чистом потоке

Варя разворачивается и пихает того в грудь:

– Дурак!

Эпизод 14. То, чего нет.

Перед Новым годом Боря с бабушкой едут на Лубянку, в здание с невообразимым количеством коридоров, дверей и лестниц.

В кабинете на последнем этаже у огромного красно-коричневого стола стоят пожилые люди. За окном падает снег. На стенах черно-белые портреты очень серьезных товарищей.

– Уважаемые друзья, – говорит дядя с густыми белоснежными бровями, – в эти непредсказуемые времена нам приходится жить, с сожалением глядя на то, как наши дети теряют твердую почву под ногами.

Мы сами пожили, и пожили неплохо. Сначала было трудно, не спорю. Но, похоже, мы возвращаемся в это начало. Поэтому, всем желаю оставаться сильными. Кому, как ни нам, однажды напомнить, что такое «нормально».

«Кому, как ни нам» звучит вразнобой ответ, рюмки опрокидываются и все садятся за стол. Через десять минут Боря так объелся, что сидеть уже невмоготу. Отпрашивается у бабушки пройтись по коридору.

Здание огромное, на этаже у лифта сидит дежурный.

Боря скользит по скупо освещенному, обитому деревянными панелями коридору, осторожно трогая ручки дверей – вдруг какая откроется. Но все закрыты.

За очередным поворотом натыкается на запасную лестницу – правый пролет вниз, левый наверх: путь на чердак закрывает решетка. Боря протискивается между прутьями. Два марша, и он перед дверью. Хоть бы открылась! Поднимает щеколду и тянет на себя.

Есть! Бумажка со словом "ОПЕЧАТАНО" рвется, и прохлада врывается навстречу. Перешагивая через лаги, Боря двигается в полумраке чердака.

Свет просачивается через маленькие окошки.

Через несколько десятков шагов чердак поворачивает налево и обнаруживается лесенка на крышу, приставленная к слуховому окну. Боря поддевает приржавевшую щеколду ножичком, предусмотрительно поселившимся в кармане штанов.

Боря еще ни разу не бывал на крышах. Встает на третью ступеньку и по пояс высовывается в проем. Крыша устлана толстым слоем мокрого снега. Боря вдыхает морозный воздух. Снегопад приглушает гул машин внизу.

Улицы полны давящими сугробы на тротуарах людьми, но Боре кажется, что они ненастоящие.

Вот сейчас он бы очень хотел «параллельности». Посмотреть на город в калейдоскопе времен, например. Сосредоточившись, Боря мысленно направляет запрос в сторону одной из башен Кремля. Но ничего не происходит. Пробует ту же процедуру с другой, потом со зданием «Детского мира» напротив. Опять ничего.

От досады Боря поднимается еще на одну ступеньку.