В чистом потоке

Стала бы она иначе важничать и строить из себя.

Про лето, тем временем, рассказывает уже кто-то другой. Боря смотрит в окно. Ветерок качает листву еще зеленых деревьев. Что-то явно осталось там, за окном. И это «что-то» никак не протащить в школу, даже если зажать в кулаке. Оно просто исчезает в школьном воздухе.

Голос Антонины Васильевны выдирает его из патетического настроения рассказом о том, что школа, напротив, лучшее, что вообще возможно в жизни.

– …я училась в школе круглой отличницей, между прочим. Значит…

Ее обрывает звонок.

Хуже звука, чем этот звон, Бориска в жизни не слышал. Но и не радовался, наверное, никакому другому сильнее. Класс выплеснулся в дверь.

-–

В коридоре Борин класс делится на группы: мальчишки отдельно, девчонки отдельно. Пацанов всего девять, встают у подоконника. Игнат спрашивает:

– У кого вкладыши есть? – и достает пачку свежих бумажек, еще пахнущих жвачками.

У двоих есть. Правда, мятые и несвежие. Игнат заявляет, что один его новенький идет по цене двух мятых.

Тон его голоса дает понять, что уж он-то в вопросе разбирается.

Начинается игра. Вкладыши кладутся стопкой, игроки на камень-ножницы-бумага решают, кто первый бьет. Перевертыши – твои. Последним бьет Саша, стопка еще целая. Он сначала хлопает ладонью рядом, бумажки немного подпрыгивают, а потом сверху – все переворачиваются.

Игнат хмурится, смотрит на перевертыши и выносит вердикт:

– Мухлёж. Перебивай.

– А чего мухлёж-то?! – возмущается Сашка.

– А того!

Но Сашка уже пихает вкладыши в карман штанов.

При этом новый, который Игната, мнется.

– Ну-ка достал, – на Сашку надвигается ощутимая угроза, тот начинает пятиться. Но отдавать явно не планирует.

Не долго думая, Игнат переходит на язык силы. Хватает Сашку за пиджак и молча трясет. Вперед-назад, размеренно и сильно. Сашкина голова болтается, губы сжаты. Только иногда стонет, но эти звуки еле слышны во всеобщем гаме.

Наконец, Игнат перестает валтузить обмякшее тело и толкает Сашку на пол. Сашка понимает, что этот может и ногами, в ужасе достает мятые бумажки и кидает перед собой.

– Подавись!

Вопль заставляет других детей обернуться.

– Поднял и дал нормально, – отрывисто выговаривает Игнат. Запыхался.

– А-а-а, – начинает реветь Сашка во весь голос.

Подходит учитель, сухой дядька с жилистыми руками, хмыкает и тащит обоих к директору. Олег, который был третьим игроком, поднимает с пола свои два вкладыша, аккуратно складывает их и прячет за пазуху.