Сквозь Бесконечность. Акт Первый: Эра Отверженных

Никаких окон – лишь одинокая дверь на противоположной стороне, через которую её, предположительно, затащили и до которой добраться с этой цепью на ноге не представлялось возможным. Думай, Вишну, думай. И почему он дал ей такое странное имя? Её отец исповедовал индуизм – придерживался какой-то древней земной религии, в которой, если покопаться, разногласий больше, чем в её запутанном внутреннем мире. Он всегда говорил, что она родилась в самое жаркое лето в его жизни, когда вавилонское солнце выжигало поля и нагревало мелкие и раскиданные по холмикам домики так, что внутри можно было заживо свариться.

Отсюда, мол, и её имя… Как всё это связано, она не понимала, – её отец тот ещё двинутый сукин сын. Да что ж такое?

– Держи себя в руках, – прошептала она и тут неожиданно увидела, что совсем недалеко в углу лежит коричневый мешок, явно чем-то набитый. Уже что-то: скорее всего, там нет ничего особенного, но кто знает – вдруг что из этого можно приспособить под её нужды? Даже если там обнаружится палка, то её можно обломать о звено цепи, а потом воткнуть в горло первому, кто придёт её навестить.

Почему-то Вишну решила не вставать, предположив, что так она расшумится, а потому поползла к мешку на четвереньках, меся коленками грязь и постоянно поскальзываясь. Но приходилось терпеть… И не в такой ситуации бывала… Хотя нет – если предположить, что золотозубый хочет её изнасиловать или продать в сексуальное рабство какому-нибудь толстосуму, то в худшем положении она ещё не была. Да ещё цепь на ноге… Будь это силовая верёвка или душилка, то она прекрасно знала, как от них избавиться без всякого подручного инструмента, но вот с такой примитивной вещью, как сталь (может, и не сталь, а местный сплав, но ей искренне наплевать), справиться гораздо сложнее.

Иногда она сожалела, что обладала комплекцией двенадцатилетней девочки, а не какого-нибудь гиганта со станции, которая вращается вокруг Юпитера… Как её там? Не суть. Да, у неё на планете её комплекция считалась нормальной и даже привлекательной, но в мире кеметцев и инопланетян она зачастую чувствовала себя не в своей тарелке. Что там говорил её отец по этому поводу? Правильно, ничего. Он выгнал её из дома, когда она ещё не задавалась проблемами социальной адаптации. Ну вот, опять… Снился он ей, что ли?

Вишну наконец поравнялась с таинственным мешком и ахнула. Никакой это не мешок…

Перед ней лежала свернувшаяся калачиком девочка, скорее всего, лет десяти или одиннадцати, которая спала беспробудным сном.