Рыцарь-м*дак

«Может быть, он не такой уж и бесперспективный мудак, каким казался, почему-то же меня притянуло к нему после бутылки текилы?»

«Может, она не такая уж и сука-карьеристка, раз меня к ней притянуло после четырех месяцев воздержания?»

А вот допустить мысль о том, что это была всё же минутная слабость, ошибка, и не пытаться объяснить собственную глупость, оправдывая убогость партнера – увы, ума и силы воли хватает мало у кого. Сапога на голову не натянуть, первоначальные причины конфликта никуда не делись.

Вот умей какие-нибудь счастливцы и после секса друг друга ненавидеть, а по ночам самозабвенно эту ярость преобразовывать в энергию, от которой ножки кровати ломаются, что за дивная жизнь была бы у этих ребят. Вероятно, не долгая, ибо здоровья в таких взаимоотношениях мало, зато честная.

Я уже был втянут в непонятные отношения с Резник, и усложнять жизнь вовлечением ещё и начальницы Марго, конечно, не стоило. Но в мою сторону медленно, с каждым шагом освобождая из петель по пуговице своей блузки, недвусмысленно сообщая о своих намерениях, ледоколом шла Елизавета.

Она считала меня жалким, кажется, именно такой тип мужчин ей нравится. Ими можно помыкать, манипулировать, подчинять.

«С меня всё равно нехрен взять, ни власти, ни влияния, ни денег, пусть тигрица поиграет с клубком», – рассудил я и расслабился.

Наконец, из тугого плена её блузы показалась крупная грудь.

Очки упали на пол, там же оказалась и оставшаяся одежда. Хрупкой назвать эту женщину нельзя, напротив – крепкое тело, идеальной формы задница, особенно грудь. Сначала мне показалось, что так высоко её держит бюстгальтер, но как только Елизавета избавилась от него, безупречная форма опустилась вниз всего на пару сантиметров. Сколько бы лет ни было этой женщине, тело её выглядело потрясающе, будто создано для продолжения рода, прямо сейчас, немедленно. Идеальный сосуд, намеренно выведенный генетически путём строгого отбора и скрещивания.

Она нависла надо мной, закрыв источник освещения. Тонким светлым контуром на фоне тусклого кабинета светилось её тело. Стало жарко и тесно, срочно захотелось окунуться в ледяную воду. Уверенным движением она поставила свою ногу на мой стул, я едва успел расставить ноги пошире. Нос её лакированной туфли упёрся мне в пах. Пришлось подняться повыше.