Воспитанник

– Что же делать? Ладно! Она не пропадёт! Я съем её сам!

Хвост Пузика вытянулся, жало подцепило крайнее звено, и цепочка уверено поползла по столу в направлении наглого дракончика.

Глядя на это безобразие, Михель сделал вывод:

– Так мы договорились?

– Да! Забирай мерина.

– Вместе с седлом и прочей упряжью?

– Вместе. Зачем они мне без животины?

– Премного благодарен, господин ле Гур.

Тут глаза бывшего слуги округлились, он увидел, как язык дракончика облизывает цепь, а зубы пробуют разгрызть лакомое звено.

И всё это на фоне счастливого хриплого мурлыкания.

Следующий час я посвятил освежению запомненных заклинаний и просмотру найденной в сундуке книги отца. Так заведено – волшебник должен спать восемь часов в день без перерыва, а затем тратить час на чтение Книги Заклинаний. После того я вышел во двор и стал готовиться к отъезду.

Как раз в тот момент из сенного сарая выбрался Мартин. Что сказать? В замке графа я встречал нежить более симпатичного вида. Говорю же, грибную дварфийскую водку пьют только самоубийцы.

Пусть в этот конкретный раз данный индивидуум выжил, но его похмелье хуже смерти. Во всяком случае, смерть значительно гуманнее.

– Ашер! Всё пропало! Я выгнал своего слугу, подарил его мула проходимцам и в довершение всего вновь оказался на мели. Во рту у меня рассадник мерзости и пакости. Взор мутен, руки дрожат, – тут был сделан неожиданный вывод. – И виноват во всём ты! Зачем вчера дал мне денег? Теперь ты обязан убить меня! Или похмелить!

Мостовой тролль

На берегу, недалеко от моста без среднего пролёта, стоит мрачный воин и с тоской смотрит на бурные воды реки.

Слишком старый, чтобы быть оруженосцем, да и отсутствие гербов с прочими атрибутами дворянства намекает на воителя из простолюдинов. Хотя приличный доспех показывает его нерядовой статус. Рядом стоят два лучника с натянутыми луками и тоже разглядывают реку. В стороне, на обочине дороги слуга присматривает за тремя лошадьми под седлом и двумя вьючными мулами. Ещё одна, судя по стати, верховая лошадь, уже освобождённая от седла и уздечки, дохлой валяется у дороги. А в тени дерева лежит труп в латных доспехах, смятых страшным ударом по плечу.

Ещё дальше от моста остановился на привал отряд. Похожий на рыцарское копьё, но уж очень большое и богато экипированное. Благородная часть отряда, рыцарь, оруженосец и держащийся неподалёку от старших молоденький паж, тоже мрачно поглядывают в сторону реки.