Придворный. Тихое баронство

Пара бульварных газетенок самого низкого пошиба, специализирующихся на скандалах и сплетнях, напечатали было пикантные подробности о молебне с вызовом ангела, но сразу были закрыты. Весь напечатанный тираж конфискован, а авторы и редакторы отправлены в ссылку.

Они, скажем прямо, сами виноваты. Только крайне недалекие люди решат зарабатывать на горе тысяч людей, зная, как государь переживает кончину брата и его семьи. Про нравственный аспект такого заработка даже говорить не приходится.

После смерти своего брата-близнеца Торана, его величество лично занялся рассмотрением армейских дел.

Здесь тоже не обошлось без отставок, понижений в должностях и чинах. Далее пристальному контролю, со столь же суровыми последствиями для нерадивых, подверглись по очереди все министерства и ведомства.

Словом, государственная машина оптимизировалась и обновлялась. Не всем такое нравилось, но в салонах многие, особенно из молодых, уже давно мечтали о подобных изменениях. А когда их чаяния начали оправдываться, взбодрились и приняли долгожданные перемены.

Впрочем, дворянское сообщество в лице собраний, комитетов и комиссий внимательно следило за действиями государя, иногда почтительно давало советы, стараясь поправить неточные действия. Однако изредка не утверждались прямые распоряжения его величества. Правда, и он не всегда ставил свою подпись на кое-какие спорные решения дворянских институтов. Тогда те вежливо ожидали, но не отменяли своих резолюций – абсолютизм никому не нужен, король лишь первый дворянин среди многих равных ему.

Например, доходы от земель, ставших свободными после смерти владельцев, конечно, после уплаты положенных налогов и сборов, замораживались и хранились для наследников на счетах местных Дворянских собраний.

Королевская чета

– …И может быть, не самое главное, но довольно противное – Дворянские собрания уперлись в вопросе хранения доходов с оставшихся без хозяина земель. Про большинство даже говорить не стоит, а вот, скажем, средства графства Гоуи достойны внимания.

– А графство, как помнится, наследует Тихий.

– Именно! И что неприятно – завещание утвердили всего за день до смерти старого графа.

– Да… Поспешили.

– Теперь я утверждающую подпись не ставлю, так эти твердолобые из Геральдического комитета предъявляют мое личное поручительство за барона Тихого. И ведь знают про опалу, но заявляют, дескать, одно другому не мешает. Опала – одно дело, наследство – совершенно другое.