Живые против зомби. На заре заражения

К «Эвересту» подъезжали машины пожарных и спасателей, несколько человек в спецодежде торопливо бежали к марсонавтам.

– Привет, парни, – сказал здоровяк в защитном костюме, широко улыбаясь, – с возвращением! Сейчас мы замерим радиацию, и поедете в клинику.

Он начал махать счетчиком Гейгера, еще несколько спасателей спросили, как самочувствие, и направились со своими дозиметрами внутрь корабля.

Иширо, глядя на них, сказал:

– Радиация в норме, образцы проб в отсеках.

Герои спустились на землю и попали в окружение медиков.

Врачи усадили всех троих в машины и провели беглый осмотр. Уже в автомобиле по дороге в больницу Иван почувствовал себя хуже, Иширо тоже был какой-то бледный, даже Том сидел, опустив голову. Доктор замерил у парней давление и покачал головой:

– Очень низкое… сейчас сделаю вам инъекцию – станет полегче, а там уже в клинике будете под присмотром.

После укола голова стала шуметь меньше, но началась тошнота. Иван помнил только, что машина остановилась, открылась дверь, и тут он потерял сознание.

Очнулся Воробьев примерно через 20 минут, уже лежа в отдельной палате на мягкой кровати. Он огляделся, комната была не хуже номера-люкс в отеле.

Через пару минут вошла красивая молодая латиноамериканка, в белом халате, на котором не были застегнуты верхние пуговицы, что чрезвычайно привлекало внимание к ее выдающейся груди.

– Очнулись, как самочувствие? – спросила она с улыбкой.

– С вашим приходом уже лучше, – неуклюже заигрывая, ответил Иван.

– Отлично, сейчас зайдет врач, он как раз осматривает капитана.

– А Вы не врач?

– Нет, я – медсестра, меня зовут Лина. А вас, кажется, Иван?

Она сделал ударение на первую букву, что очень рассмешило Воробьева. Иван не думал, что его имя может так забавно. Тут мужчина понял, что уже год не видел женщину. И вот – на тебе, такая провокация в виде этой смуглянки Лины.

Девушка подмигнула русскому и сказала:

– Я зайду позже, отдыхайте.

Медсестра вышла, и вскоре в палате появился доктор.

Это был пожилой мужчина с бородкой и большой лысиной. Он оглядел космонавта своими добрыми смеющимися глазами и, улыбаясь, сказал по-русски:

– Так, так, вижу, Вы лучше всех перенесли приземление. Даже гордость берет за соотечественника. Ваш капитан едва может голову оторвать от подушки, а японец… этому бедолаге вообще не позавидуешь… зеленый как от морской болезни…

– Это опасно? С нами что-то не так? – насторожился Воробьев.