Живые против зомби. Закат эпидемии

Ее волнистые светлые волосы были аккуратно убраны в пучок, серая деловая юбка ниже колен хорошо сочеталась с бледно-голубой кофточкой. Губы чиновницы растянулись в формальной приветливой улыбке, всем своим видом она пыталась выказать радушие, но ее маленькие колючие глазки цепким хозяйским взглядом осматривали новеньких.

– Ну, как вы тут? Обживаетесь? Все что нужно – в вашем распоряжении. Если что-то потребуется, только дайте мне знать. Может, вам все-таки нужны еще помощники? Например, Юлия Владимировна – отличный врач…

Но Андрей не дал закончить фразу и не очень деликатно перебил Малышкину:

– Я с ней разговаривал, она хирург.

У нас другая специфика. Не вижу смысла ее отвлекать. Нам своей командой, если честно, будет комфортнее работать.

– Что ж, как хотите, – Елена Васильевна обидчиво поджала губы, – дело ваше, главное – результат. Кстати, а если вакцина от бешенства так отлично работает, то зачем разрабатывать другое лекарство?

– Это пока наши наблюдения, не подкрепленные опытами. Скажем так, мы предложили провести вакцинацию для подстраховки.

Первые массовые лабораторные исследования в этом направлении сможем начать через две недели. После того, как сделаем всем повторные инъекции согласно схеме вакцинации, – деликатно пояснила Маша. В отличие от Андрея она вела себя более дипломатично.

– А если через 14 дней мы поймем, что вакцины от бешенства достаточно для борьбы с зомби-вирусом? – Малышкина поправила на носу прямоугольные очки. Она уже не улыбалась, а испытующе разглядывала «людей президента».

Воробьева ожидала этого вопроса:

– Даже если это так, то требуется более совершенное лекарство. Антитела от бешенства вырабатываются минимум две недели, а здоровый человек становится зомби через сутки после инфицирования. Значит, нам нужно средство, которое будет подавлять эту болезнь быстрее, чем за двадцать четыре часа.

Малышкина по привычке покачивала головой, соглашаясь с доводами собеседника. Андрей предпочитал молчать, поэтому Маша продолжила:

– Люди же не смогут вечно жить в бункере.

Рано или поздно придется выбраться на поверхность. Мы не знаем, сколько вирус пробудет в атмосфере, к тому же его могут переносить животные. Сами они не заражаются, мы не видели ни одного зомби-зверя, хотя проехали половину России. Но вот переносчиками, например, собаки или лисы, как и в случае с бешенством, очень могут стать.

– Это тоже предстоит изучать, работа кропотливая, – пробурчал Кузнецов, рассматривая стерилизатор инструментов.