Страшная Маша

Скоро он будет наш.

– Какой еще доктор? Ты о чем?

– Доктор Алеша. Он Витьку вылечил, а теперь с Наташкой сошелся, стал им всем вроде папочки. Они его обожают. Не знают, несчастные, что он последние минуты доживает. Когда доктор уйдет, Витю уже никто не удержит, ведь он с рождения одной ногой в могиле. Если бы не доктор и Машка, то давно бы с внучком нянчилась, а ты – с сыном. Сам, что ли, не понимаешь? Витя уже нас слышит и с нами разговаривает, значит, к самому краешку подошел.

Шепот теней стал глуше.

Маша едва различала слова. – Что толку от этих разговоров? Сказал же Витек, что без Машки и мамы к нам не пойдет, – проворчал Володя. – А мы его научим, как всю семью к нам затащить. В конце концов, все тут будут, – успокоила его бабуля. – Скорее бы. Соскучилась. Не с кем словом перемолвиться. – Да не перемолвиться, а поругаться тебе не с кем! – огрызнулся Володя.

– Тихо ты. Машка может нас видеть и слышать. А знаешь почему? Не потому, что к нам собралась, она с рождения такая – и там, и тут.

И знаешь, лучше ее не злить, а то, если ей стукнет в голову нас наказать, мало не покажется. И ведь, зараза, поняла про числа. Может, что увидела наперед. Иначе с чего бы ей вдруг приспичило время останавливать? Но пока у нее кишка тонка, мала еще. Не спасет доктора. Пойдем его встречать, через пару минут заявится.

– А чего мы? Пусть его родня и встречает, – сквозь зубы процедил Володя.

– Да, ты прав. Сейчас набегут, они все уже тут. Доктор последний.

Крепко их наказали. Знаешь, за что?

– И знать не желаю, – пробубнил Володя, склонившись над Машей.

Сквозняк заворочался в углу и тут же забрался Маше под одеяло. Оно задрожало от страха: «Только бы не заметили, что не сплю, только бы ушли поскорее». Маша испуганно сжалась в комочек.

– К Вите сегодня не пойдем, – прислушалась бабушка к звукам из детской, – там Наташка. Слышу, что не спит. Завтра… Кто знает, может, обоих сразу заберем. Худо ей будет после смерти доктора, очень худо.

Вряд ли выживет.

Хлопнули ставни. Сквозняк прошмыгнул к двери и улизнул из комнаты. Потеплело. Одеяло уже не подскакивало на Маше, а навалилось горячей горой. Изнывая от жары, девочка приоткрыла глаза. В комнате никого не было. Она облегченно вздохнула и повернулась на бок, подложив ладошки под щеку. Очень хотелось спать, но страшные слова про смерть доктора не давали покоя. Она встала, подошла к окну. В глаза ударил ослепительный свет.