Путешествие с изумрудом

– Значит так: впредь до особых распоряжений освобождаешься ото всех дел и готовишь переброску изумруда. Когда твой “верблюд” будет готов, получишь камень. Свободен.

Развалившись на мягких подушках салона банковского лимузина, Иннокентий Владиславович не переставал размышлять над докладом Баринова и их разговором.

Подводных камней в этом деле было видимо-невидимо. Аж голова кругом шла. Во-первых, таец. Ну, этот, если подарок возьмёт – всё обещанное сделает. Иначе и быть не может.

Иначе он теряет лицо. Правда, он может попытаться завладеть камнем до встречи с Бариновым. Но от этого ещё можно застраховаться, перебросив камень с "верблюдом".

А вот "верблюд"… Он представлялся Председателю одним из самых слабых звеньев в предстоящей операции. Использовать такого для транспортировки изумруда? Только в одном случае: если после выполнения поставленной задачи он будет пущен в расход. Иначе, не избежать утечки. И связанной с этим потом неминуемой головной боли.

Уж в этом Иннокентий Владиславович был уверен.

Вот только, сам "верблюд" не должен об этом даже подозревать до самого конца, иначе предсказать его поступки наперёд будет просто невозможно.

– Хорошо, всё же Костя придумал: простить долг и тем самым понудить его к сотрудничеству, – подумал Председатель. – Однако, не нужно и ему до срока говорить о моих дальнейших планах насчёт этого, как его… Ах, да, Русакова.

Костя, парень хоть и верный, однако, в экстремальных ситуациях не проверенный.

А ну как выдаст себя поведением, или чем ещё? Да и не осилит он такую зачистку. Пожалуй, оставлю это пока на Карамышева. А там посмотрим.

Решив про себя эту часть проблемы, Председатель с головой окунулся в текущие дела.

Настя вышла из душа в его рубашке, которая доходила ей до колен и с полотенцем на голове.

– Всё-таки, ты меня не любишь, – она уже который день никак не могла уговорить его на поездку.

 – Я же тебя не на край света зову, а в Швейцарию. Если и туда не хочешь со мной ехать, значит, точно не любишь.

– Котёнок, – начал Андрей, – ну пойми ты, не время сейчас. Вот, разберусь с долгом, тогда – обещаю: самое малое на месяц с тобой отправлюсь хоть в горы, хоть на море, хоть в Тьмутаракань.

– Вот так всегда: всё потом, потом, – обиженно надула губы Настя, хотя глаза её смеялись.