«И я ищу, ищу, ищу». Судьба советского офицера

Танцы в квартире, на небольшом пятачке, конечно, своеобразны. Собственно, это были не танцы, а стояния на месте, ведь недаром есть что-то наподобие поговорки: «танцы-обжиманцы»

Жека крепко прижимал Людмилу, почти касаясь своими губами её щеки, он что-то говорил, и она слегка раскраснелась от этого. Наблюдать за этим было неприятно, но и прекратить танцы он не мог. Опять-таки успокаивал себя тем, что так уж теперь принято у молодёжи, по той причине, что никто танцевать не умеет ни вальса, ни танго, а способны лишь по-идиотски скакать, кривляясь каждый по-своему, ну да ещё стоять, крепко обнявшись и переминаясь с ноги на ногу.

Он так не танцевал. Он красиво водил по залу партнёршу, делая хорошо отработанные па, и многие поражались его умению танцевать. Но здесь и шагу ступить негде.

Алка, между тем, протиснулась к нему и сказала:

– Да не переживайте вы так. У них всё давно в прошлом. Это же просто прощание навсегда…

«Что давно в прошлом?» – хотел спросить он, но не спросил, поскольку твёрдо знал, что ничего уж такого в прошлом быть не могло.

Не спросил, промолчал. Алла что-то снова заговорила, но в этот момент Световитов бросил взгляд на Людмилу и отчётливо увидел, как Жека поцеловал её в щёку. То, как Людмила отстранилась, как буквально оттолкнула его, он уже не увидел, потому что встал, благо усадили их за стол со стороны входа и до двери было всего два шага.

Алке сказал:

– У меня в машине хорошие записи. Сейчас принесу. Станцуем с вами…

Алла вся вспыхнула, проводила до двери, но Световитов сразу сказал, что его сопровождать до машину не нужно, и она осталась в квартире, хотя пойти с ним явно имела намерение.

Он сбежал вниз по лестнице, сел за руль, стараясь унять волнение, и лишь несколько успокоившись, запустил двигатель.

Аккуратно выехал со двора на набережную – квартира Аллы была в заволжском районе Калинина почти у самого офицерского общежития, повернул к мосту и скоро уже мчался в сторону Мигалова. Лихорадочно перебирал в памяти, кто же остался у него в Калинине из знакомых женщин.

Никого. Слишком много прошло времени, слишком много. А в недолгий недавний период так ни с кем и не познакомился, потому что встретил Людмилу. Готов был даже рискнуть – поехать в дом, где была квартира мамы и её мужа, ведь там этажом ниже жила Танечка, с которой он сиживал вечерами в скверике у Речного вокзала. Но это было ещё до поступления в суворовское училище, в восьмом классе.