Постижение любви. Судьба советского офицера

– Может, – сказала Ирина и тут же, с ухмылкой, прибавила: – Не переживайте, это ребёнок Синеусова, – и положила трубку.

Теремрин пожал плечами и пробормотал себе под нос: «Баба с возу – кобыле легче! Ишь ты какая! А я-то звонить помчался!». Он не хотел признаваться самому себе, что шёл звонить, вовсе не собираясь падать к ногам Ирины. Бегство её из дома отдыха, да ещё по столь странной причине, освобождало, как он считал, от какой либо ответственности и меняло его представление о ней.

Относительная лёгкость, с которой она пошла на близость с ним, свидетельствовала о том, что точно так же она могла пойти на подобные отношения с Синеусовым, а, может быть, и не с ним одним. Теремрин был достаточно опытным в делах любви и достаточно разумным человеком, чтобы не ставить себя в исключительное положение, полагая, как некоторые наивно полагают, что, «если пошла на всё со мной, то потому как это «я!», а с другими такое невозможно».

Он вышел из корпуса, спустился по аллейке к клубу.

Дашенька, Света и Олег стояли у входа на танцплощадку, о чём-то переговариваясь.

– Ну, молодёжь, какие планы? – спросил Теремрин.

– На вечер танцев хотим пойти, – сказал Олег, – но родители против, поскольку танцы здесь явно не для нашего возраста.

– Так это ж хорошо. По крайней мере, вечера проходят солидно и прилично. Не идти же вам, в самом деле, на ставшую полубандитской по причине завоёванных свобод городскую танцплощадку «У орла»? Я бы туда уж точно не пустил.

– А вы пойдёте на танцы? – спросила Света. – С вами и нас отпустят.

– Конечно, пойду. Я люблю здешние санаторские танцевальные вечера. Скажите родителям, что за вами присмотрю. А, может, они и сами тоже решат пойти?

– Обещали в другой раз. Сегодня отдохнуть хотят с дороги, – сказала Света.

Вечера проходили на летней танцплощадке. В Пятигорске не только август, но даже ещё и сентябрь, во всяком случае, первую его половину, можно причислить по температурным параметрам к летним месяцам.

Едва юная компания, возглавляемая Теремриным, ступила на площадку, заиграл вальс. Традиции не менялись: первый вальс – зал полный, последний вальс – зал полный. Это в других санаториях и через час после объявленного начала вечера народ медленно собирается, прячась по углам и жеманясь. На Кавказских Минеральных Водах отдыхает публика особая, солидная.