Панорама. Роман с тайнами

Ведь ни «Тайд», ни «Калгон» им не нужны, и очень скоро – всего через пять-шесть веков – самолёты, корабли, поезда, автомобили и прочие достижения цивилизации останутся только в их мифах и легендах. Через тысячелетия (что промелькнут неслышно и незаметно, как пролетели прошлые) изменятся они в них до неузнаваемости и полной нереальности, оставшись разве что в наскальных рисунках, изумляя и озадачивая своей фантастичностью потомков. Если они всё-таки будут.

***

Почему прошедшие два десятка тысячелетий не изменили агрессивную сущность человека, несмотря на полное осознание в разные эпохи развития человечества лучшими его умами губительности для цивилизации насилия и зла, неизбежно ведущих человечество к самоуничтожению? Почему людям так близка и понятна тема Конца Света и Страшного Суда, в то время как возможность улучшения качества их жизни самим ходом развития нашей цивилизации демонстрируется из века в век? Неужели Всевышний таким —самым убедительным в своей наглядности – образом показывает какому-то спорщику, кому-то с Ним несогласному свою не подлежащую и так никакому сомнению Правоту? И кто же этот спорщик?

Если мы предположим, что это некое абсолютно равное Творцу всего сущего божество, то очень сильно ошибёмся, мгновенно провалившись в бездну представлений о мире полудикаря-идолопоклонника.

Правда, из очень-очень древних источников нам известно, что Семаил был настолько приближён к Господу, а потому смел и самоуверен, что дерзал с Ним спорить и даже (невозможно себе представить, но это так) советовать самому Всевышнему. Впрочем, вполне возможно, что это было вовсе не несогласие, спор или совет, а высказанное Семаилом во время беседы с Богом не совсем уместное его желание, на которое Творцу надо было тут же дать адекватный ответ.

Несмотря на то, что он был, по-видимому, одним из любимейших чад Творца, Семаил, как нам известно, был вскоре низвержен и осуждён Престолом; но в то же время, таинственным и самым противоречивым образом его (Семаила) проект, возможно, в качестве постоянно кому-то демонстрируемого факта полной неправоты и краха Семаиловых воззрений, был воплощён на Земле и даже не менее двух раз возрождён из пепла – для ещё более полной, наверное, демонстрации Семаиловой неправоты.

Впрочем, к вопросу «низвержения» Семаила мы ещё обязательно вернёмся, чтобы как следует разобраться, было ли это наказанием для него или, наоборот – исполнением его мечты и планов.