Эфес из чёрной стали

Ведь это мощь; сам Император,

Как их военный реформатор,

Напротив них в шатре сидит

И озадаченно глядит…

02

Такое воинское, вот,

Здесь украшение ландшафта,

Что нарисованная карта

Была бы полная забот.

Одной начерченной полоской

На расписной картине плоской

Не передать оттенок весь

Того, что так сложилось здесь.

Все грязно-белые шатры

Внизу подножия горы

Стоят, разбросанные ровно

По чётким линиям укромно.

В одних солдаты отдыхают

И никого не замечают,

В других какие-то дела

Творит тоска, что верх взяла.

На круглом рядышком лужке

Солдаты, видимо, от скуки,

Чтоб не забыли силу руки,

Друг с другом бьются налегке.

За тренировочной борьбою

О чём-то громко меж собою

Бойцовским басом голосят

Десятка три лихих солдат.

И разлетается тот бас

По ходу этой тренировки;

Недалеко ж плетёт верёвки

Боец, наверно про запас

Для катапульт и требучета,

Оснащена машина эта

Была чтоб полностью всегда,

Иначе может быть беда.

Средь остальных большой шатёр

Стоит с довольно сильной стражей,

По сторонам как будто даже

Его приветствует простор.

В шатре большом высоком этом

В плаще, объятом красным цветом,

Сидит и главный человек,

До середины взяв свой век.

У окружающих он всех

Не мало вызвал уваженья,

В углу шатра у снаряженья

Висит его стальной доспех.

Средь прочей утвари помятой

Под небольшой и старой картой

Лежала стопка из бумаг,

В другом ж углу широкий флаг.

На флаге том изображён

Какой-то зверь, что как во мраке,

Когтистой лапой держит факел,

И много звёзд со всех сторон.

Красивый герб и необычный,

Сказать бы даже, чуть эпичный,

Как неопознанный алмаз

К себе притягивает глаз.

«Давно уже я жду тебя!

Располагайся! Здесь, под крышей» —

Тут Максигон к себе услышал,

В шатёр высокий заходя.

Там Император взгляд свой строгий

Пустил, когда тот на пороге

Ещё затейливо стоял

И до конца пути не знал…

03

Неспешной бурностью своей,

Когда часы идут к обеду,

Сознанье радует беседу

Двух выдающихся людей.

Мгновение вечностью колотит;

Они друг друга же напротив

Сидят безвылазно, свои

Перебирая словом дни.

Серьёзным видом Максигон

Ловя моменты обсужденья,

Гласил ему, что для сраженья

Готовый с воинами он.

И командир и каждый рыцарь,

Готов сраженьем насладиться

За земли эти под огнём,

Что держит враг под топором.