Тридцать воев. И другие сказания Руси

09

Дружинники переглянулись,

Друг другу тихонько кивнув,

И кто-то из них же: «Проснулись

Вновь коршуны, высунув клюв…».

Безрадостный в этом пределе

Им вторил чуть слышно Дорож:

«Опять учинили грабёж!

Совсем степняки обнаглели!».

И тихо же издалека

В кустарниках все затаились,

Когда кое как убедились,

Что жители живы пока.

10

«Рискованно для безоружных

И также немного для нас

Пытаться отсюда снаружи

Напасть на отряд их сейчас» —

Вполголоса воин, что грозен,

Промолвил попутчикам всем

И взор над селением тем

На долгий тот миг заморозил.

Немного совсем ещё там

Побыли кочевники сами

И вскоре своими кнутами

Ударили вновь по коням.

11

Забрали с собою трофеи

В хороших высоких мешках

И в жителей, гласом зверея,

Нагнали оставшийся страх.

В далёкие южные дали

Они ускакали, а те

С укрытий в такой суете

К селению все побежали.

И к жителям, что до сих пор

Стояли в глубокой печали,

Свой путь побыстрей начертали,

Начав непростой разговор:

12

«Давно ли и часто ль вас грабит

Трусливый и злой печенег?!

Он наши границы так слабит,

Пускаясь в столь наглый набег».

Старушка, поднявшись упруго,

Сказала ответом: «Они

Уж несколько лет, как пришли

На земли к нам с дикого юга.

У них же ведь скудный там край,

А здесь есть леса небольшие,

И земли, что уж не впервые

Дают для людей урожай.

13

Мы платим исправно им подать,

Чтоб дальше хоть как-то, но жить,

А кто-то из наших народов

Попробовал гнев их испить.

Отсюда в семи-восьми вёрстах

Село, что не сдалось, они

Без всех промедлений сожгли,

Убив очень многих, так просто».

Старушка спускала слова

И многие эти крестьяне,

Как будто в каком-то дурмане,

Стояли, не плача едва.

14

Тогда Тихомир им воскликнул:

«Неужто быть хочется вам

Извечно рабами, что лику

Не кажут своим небесам?!

Мы все по природе свободны;

По праву мы так рождены.

Никто не прогнёт и спины,

Увидев их наглые морды!».

Он гордо и с блеском в глазах

Окинул беспечное небо,

Что как-то легко и нелепо

Качалось на синих ветрах.

15

Селяне же вдумались малость

В нелёгкое слово его,

В сердцах что вовсю разрасталось

Под мыслей потока всего.

Они кое-что понимали,

Но всё же боялись менять

Свою незавидную стать

Безвыходных лет и печали.