Дневник ангела

В детских ладошках они сжимали арфы наивысшего качества, звучащие замечательно, несмотря на то, что исполняли на них, в основном, нудную музыку сфер. Ангелы-воины располагались по правой стороне от площадки солнца, стоя идеально ровными рядами. Ангелы-лучники, напоминающие эльфов из произведений профессора Толкина, находились напротив воинов, одетые в серебристые доспехи. За спиной у каждого висел массивный лук, сделанный из ветвей деревьев Эдемского сада. Мой «лучок» на их фоне выглядел детской игрушкой.

Ты, должно быть, подумал, что я тоже отношусь к отряду этих бравых солдат? Спешу тебя разочаровать – нет.

Ангелы-лучники делились на два типа. Первые – отважные демоноборцы, которых я описал выше, а вторые – те, кто своими стрелами скреплял сердца людей, заблудившихся в лабиринте собственных чувств. Наш отряд немногочисленный настолько, что в него вхожу только я один, по крайней мере в нашем городке. Да, ты правильно понял, дорогой читатель, моя профессия состоит в том, что каждый день я наблюдаю ругающиеся пары и незамечающих друг друга одиноких людей, пытаясь их, так сказать, помирить или свести. Такая вот небесная сваха, которую в Канцелярии зовут Купидоном, в честь древнеримского бога любви. Мой кумир, к слову.

– Гляньте, опять этот недотёпа! – Крикнул своим подчинённым Изерафель, капитан воинов.

– Остерегайтесь и не грешите, ибо можете пасть до его уровня! – Пригрозив пальцем, кинул Альфазель лучникам.

– Не очень-то свято, братья. Неужели благочистивые ангелы забыли про «уважай ближнего своего»? – С ехидной улыбкой ответил я.

– Не очень-то свято – это воровать, распутствовать, дебоширить и подглядывать за священным саитием молодожёнов, Лонлизефель.

– Вообще-то, – Начал я, – в своей жизни я ничего не украл (кроме моего любимого рюкзачка), никогда не распутствовал (разве что приподнимал крыльями женские юбочки для наилучшего привлечения клиентов мужского пола), никогда не дебоширил (снёс пару столбов по молодости, подумаешь) и, тем более, не подглядывал ни за чьим, как ты выразился, саитием! (Что было, конечно, неправдой.

Чтобы убедится в успехе проделанной работы, я, порой, наблюдал за результатом, ведь любовь – штука сложная. В современном мире она, порой, теряет чары даже во время такого интимного процесса как секс).

– Ты к тому же ещё и лжец. Не понимаю, почему Всевышний ещё не отправил тебя в Ад, заклеймив позорным званием Падшего.

– Пути Господни неисповедимы, Альфазель. – Отвернувшись выпалил я.