Марина [НЕ] грустит: Тяжёлая музыка

Где комната командного центра, она знала благодаря изученным планам. Оставалось лишь определиться, как ничего не разрушить при перемещении. С той стороны её логику тоже прекрасно поняли, передали изображение с камеры, и секунду спустя Мила с хлопком появилась в точке назначения.

– Господа, агент Милена Краснова, – представил начальник.

Собравшиеся кивнули.

– Агент Краснова, здесь собрались руководители всех подразделений нашего отделения. Не берусь судить, но по вашей реакции, столь масштабный оборот событий предполагался.

Не очень понимаем, почему центр не дал нам полную информацию. Тем не менее. Мы там, где есть. Ситуация всем присутствующим понятна, и теперь надо выяснить, с чем мы всё столкнулись.

Многообещающая вступительная речь, как же!

Тут нужно было для начала определиться с терминами.

– Что значит, масштабный оборот событий? Вы про заражение на цокольных уровнях? – спросила Мила, внутренне сжимаясь от предвкушения возможного отрицательного ответа.

– К большому сожалению, нет.

Теперь уже и Мила рассмотрела большую интерактивную карту города во всю стену, и несколько районов на ней уже успели подсветить красным или оранжевым. Видимо, говоря о масштабах, начальник имел в виду как раз вот эту самую карту.

– Мы не знали, с чем столкнёмся. Знали только, что следует быть наготове, – Мила попытаюсь сохранить лицо.

– Ваши подопечные – это же связано с ними? – с готовность спросил её начальник отделения, и тут уж Миле пришлось задуматься.

– Могу я узнать ваш допуск? – пустила она в ход последний довод.

Эльф назвал код доступа.

– Приходится признать, – ответила Мила, – что вам не дали полной картины из-за режима секретности.

Честно говоря, тут было от чего выпасть в осадок.

Во-первых, с какого перепугу аж сам руководитель местного отделения – недостаточно авторизованный офицер?

Во-вторых, непонятно, как вышло, что всему локальному руководству так занизили доступ?

Или…

– У вас этот доступ был всегда, так? И его раньше для всего хватало, – Мила даже не спросила, а констатировала, и по угрюмым выражениям лиц собеседников поняла, что не ошиблась.

То есть нашему делу – делу Маруси – изначально присвоили настолько высокий уровень секретности, что доступ к нему получили очень немногие. И Мила, постоянно варясь в этом котле, даже не понимала, насколько высоко забралась.