Театр рыжего демона III. Все по-своему

 – И вообще, с годами ты такая впечатлительная, волнительная и сентиментальная стала. Ну, вот, с чего бы тебе так переживать и изводиться из-за смерти твоей Тайки? Она была скучная, занудная, некрасивая, неинтересная, настоящая неудачница. Она сама виновата, что умерла: спортом не занималась, жрала в три горла, пила еще больше…

– Послушай, что я тебе скажу, – ледяным тоном прервала ее Элька. – Тайка была моей лучшей подругой с детства, мы дружили миллион лет, и другой лучшей подруги детства у меня уже не будет.

Да, возможно, она была занудой и пьянчужкой в последнее время. Но ее отзывчивость, постоянная готовность помочь и многие другие моральные качества вам, мнимым трезвенницам и моралисткам, даже и не снились!

– Ну, в любом случае, помочь я тебе ничем не могу, – еще доносился из трубки голос сестры, и все, дальше Элька одним спокойным точным движением утопила телефон в широкой вазе с цветами.

Она обессиленно опустилась на диван и закрыла глаза. Еще никогда Элеонора Блекхарт не чувствовала себя такой беспомощной, слабой и одинокой.

– Все, Мусик, мамочка осталась одна, – печально сообщила она коту, вернувшемуся к ней на коленочки. – Одна и, как говорится, без оружия.

Тихо скрипнула дверь, и в библиотеку ввинтился шестнадцатилетний сын Эльки, Алекс.

– Ма, ты чего это от Эдика сбежала?

– А ты, сынок, почему не спишь? – задала встречный вопрос его мама.

– Мне помощь твоя нужна, – признался ребенок.

Губы Элеоноры тронула полуулыбка, глаза снова разгорелись ярким зеленым огнем, а ледяной кулак одиночества, стискивающий сердце, разжался и быстро исчез.

С чего это она, рыжее чудище, решила, что одинока? У нее есть замечательный сын, единственный в этом мире, информированный о Весте, ее обитателях, и о том, что его мама – не просто красивая женщина и талантливая писательница, но и лучшая воительница и ведьма того чудесного мира.

– Садись, сынок, мы с Мефистофелем внимательно тебя слушаем.

– Ну, Мусик мне вряд ли сейчас поможет, – хихикнул Алекс и вкрадчиво спросил: – Мамочка, какие у тебя планы на завтра, вернее, уже на сегодняшний вечер?

– Как какие? – удивилась Элька. – А, я поняла! Ты, таким образом, пытаешься проверить, не забыла ли я про ваш спектакль? Не забыла, мерзкий ты ребенок! Я же всегда бросаю все дела, даже неотложные, чтобы не пропустить ваше шоу.

– Вот о спектакле-то и речь, – вздохнул сын.