Курьер-619 (Юпитер – Челябинск)

От неожиданного прикосновения профессора и непривычной семейной атмосферы за столом юноша чувствовал себя растревоженным. Такого еще не случалось в его курьерской работе. Да, ему пару раз наливали воды в домах, куда он доставлял посылки, а однажды – в доме гостеприимного фермера – дали не только чаевые, но и большое яблоко. Но он никогда еще не попадал в ситуацию, когда должен был провести с клиентами целый месяц. Причем вокруг на сто миллионов миль не было ни одной другой души, что автоматически сближало.

– Больно ты речист для игрушки, – сказала Николетта.

 – Что-то с тобой не так, вот только что? – никак не пойму. Ничего, я быстро тебя распорю по швам и посмотрю, что там внутри. Думаю, какие-нибудь опилки. Сейчас мы сыграем в старую игру «да-нет». Я расколю тебя за десяток вопросов. Спорим?

Она не успела продолжить – в столовую заглянул профессор.

– Джер, нам надо забрать посылку. Николетта, ты тоже пойдешь, нам понадобится каждая пара рук. Посылка большая и тяжелая!

Они быстро доели обед, и Николетта сложила тарелки в посудомоечную машину.

Джер помог таскать грязную посуду, за что был награжден хлопком по спине:

– Молодец, медвежонок! Игру в «да-нет» откладываем, но она неизбежна.

Все-таки никогда еще Джер не попадал в такую фамильярную ситуацию с клиентами!

Они двинулись к кораблю по уже знакомому коридору. Витторио тянул за собой плоскую кибертележку для перевозки посылки. Вскоре они дошли до места, где Джер вчера потерял сознание. Юноша смутился, увидев на полу обильные капли засохшей темной крови.

Никто ничего не сказал, но по тому, как Николетта с профессором обошли пятно, Джеру стало понятно, что они тоже заметили кровь. Витторио вообще ничего не замечал – не таковский он был человек.

Сегодня Джер увидел на станции массу того, чего вчера просто пропустил из-за страшной усталости. Коридор, как оказалось, представлял собой просто подземный ход, прорубленный во льду Европы. Стены были облицованы пенной термоизоляцией, но кое-где она отслоилась – и из дыр блестел космический лед, обдавая проходящих теплокровных приматов свирепым холодом.

– Что это за станция? – спросил Джер. – Почему она заброшена?

Ответил профессор:

– Ее построили в эпоху второй волны космической колонизации. Это была международная обсерватория и заодно – станция по глубоководному, вернее подледному, бурению. Она получила много научных результатов, но потом была законсервирована из-за недостатка финансирования.