Курьер-619 (Юпитер – Челябинск)

 – А разве они были… не всегда?

– Да, эта информация скрывается, насколько это возможно, но ничего сверхсекретного тут нет. Возникновение каст – это результат той самой космической катастрофы две тысячи тринадцатого года. После того как на Земле настали годы холода и голодных бунтов, обычный уклад жизни сломался. Чтобы избежать нападений черни и обеспечить себе привычный комфорт, военные, политики и бизнесмены объединились и поселились в хорошо защищенных поселках…

– Райцентры… – вырвалось у Джера.

– Верно, – согласился профессор.

 – Так возникла каста фоуров, которые жили гораздо лучше других. Но они, конечно, не могли обойтись без продуктов, одежды и прочего. Поэтому они окружили свои поселки гораздо более обширной внешней зоной ферм и заводов, где работали…

– Дихтоны… – снова не удержался Джер, который слушал профессора с открытым ртом. Эта история никогда не встречалась в книгах, которые он прочитал.

– Да, – продолжал невозмутимо профессор. – Триплеты возникли как промежуточная каста посредников, которые управляли потоками продуктов и товаров из внешней зоны, держали рестораны в поселке фоуров, а также осуществляли охрану поселка и его внешней зоны.

– А как возникли моно? – не удержался Джер.

– Никак, – пожал плечами профессор. – Класс «моно» – это все, кто не попал в охраняемую зону поселков, то есть девяносто процентов населения Земли. Они выживали как могли, воевали друг с другом за кусок хлеба и глоток чистой воды. Именно они понесли самые тяжелые потери в Голодный Век.

Когда климат улучшился, то человечество стало снова развиваться и расти. В это время только фоуры обладали армией, технологиями и ресурсами. Поэтому эта кастовая модель распространилась по всей Земле, а потом – и в космосе. Фоуры, которые составляют доли процента от всего населения Земли, стали правящей кастой, и каждый ее член был обеспечен с рождения. Кастовая система оказалась достаточно устойчивой – и породил ее этот проклятый астероид, ввергший человечество в тяжелое испытание…

Профессор мрачно замолчал и вдруг продолжил:

– Я считаю, что мы не выдержали это испытание космосом.

Мы, фоуры, не стали счастливы сами и не сделали счастливыми других.

Профессор налил себе еще одну порцию и залпом выпил. Его лицо покраснело, он с трудом вздохнул и сказал сдавленным голосом.

– Все мы – хоть фоуры, хоть дихтоны – молимся о том, чтобы наши дети были живы и здоровы. И всех нас ожидания обманывают… Смерть отнимает у нас все.