Мастер

Восток давно занимал умы директора ЦРУ Билла Макнамара и Джона Гейса, заведующего секретной научно-исследовательской лабораторией. Еще во время корейского кризиса американские военные столкнулись с удивительными проявлениями паранормальных возможностей человеческого организма. Тогда совсем еще молодые сотрудники разведслужбы Макнамар и Гейс получили свое первое задание. Они должны были организовать вербовку, а в случае отказа – захват и похищение одного очень сильного, но известного лишь в узких кругах мастера восточных единоборств, владеющего феноменальными психофизическими способностями.

В той местности, где жил кореец, его все знали как учителя Ли, преподающего историю в сельской школе. Однажды во время боевых действий группа военнослужащих заняла освобожденную от северо-корейской армии деревню. Как обычно в таких случаях, село подверглось тотальной проверке: искали неприятеля и спрятанное у жителей оружие.

Старый учитель ковырялся в это время в своем огороде.

Приказ сержанта бросить заступ и подойти к нему старик, видимо, не расслышал или не понял и продолжал спокойно копаться в земле. Тогда сержант повторил свое требование и передернул затвор автоматической винтовки[14 - 'На вооружении американской армии состоит автоматическая винтовка М-16.], досылая патрон в патронник. Наверное, старик подумал, что в него будут стрелять, и издал резкий, пронзительный крик, эхо от которого долго отдавало у всех в ушах, сопровождаемое головной болью. Бойцы отделения, уже не раз участвовавшие в сражениях, на какой-то миг оцепенели, полностью утратив ощущение реальности, а затем превратились в покорных исполнителей чужой воли. Все солдаты во главе с сержантом разрядили оружие, поставили его на предохранитель, построились и с песней зашагали прочь.

Когда они через продолжительное время пришли в себя, то долго не могли вспомнить, что с ними произошло. Вернувшись же к дому сельского учителя, они почувствовали в душе небывалое умиротворение и симпатию к этому почтенному человеку.

Он встретил их на крыльце и жестами пригласил в дом. Кореец угощал их чаем и, сидя на циновке, что-то говорил на своем языке, и им казалось, что они прекрасно понимают друг друга. Во всяком случае, вспоминая ту встречу, все были уверены – разговор велся о доме, родителях, о их службе и скором окончании войны. Самое интересное, что они не просто слушали, но и спрашивали, и отвечали на вопросы.