Сказания о волшебнике. Потаенная рукопись

Крепкие пальцы без ногтей жадно цеплялись за гладкий пол. Нечто выбралось наружу. Следом показалась еще одна пара рук. И вот уже две фигуры неторопливо продвигались мимо спящих волшебников.

«Так сколько магических языков вы знаете?» – спросил у Тобиаса Александр. «В совершенстве я знаю пять. Русский, немецкий, английский, французский и испанский. Частично владею польским, финским, болгарским и сербским языками». «Удивительно» – восхитился русский волшебник. Юноша смутился, решив, что излишне себя расхвалил: «На самом деле выучить язык заклинаний гораздо проще, чем полностью освоить диалект того или иного народа.

Да и во многом мне помогала…». Келлер запнулся на полуслове. Он заметил, что к ним приближаются два человека в форме охранников министерства магии Германской империи. Мужчина был одет в черную шинель, а женщина в черный жакет и юбку в пол. Головы покрывали схожие по виду фуражки, украшенные гербом министерства – черным орлом на желтом фоне, держащим в клюве волшебную палочку. Тобиас обратил внимание на их странную походку. Казалось, обе фигуры слегка прихрамывают. «Александр, вас должны были сопровождать люди из нашего министерства?» – вглядываясь в полумрак, спросил юноша. Брат Софьи также насторожился: «Нет, а что?». Неизвестные подошли почти вплотную. «Что это за запах?» – спросил русский волшебник, обернувшись. «Тоты, мертвецы!» – крикнул Келлер и молниеносно бросился на спящую Софью, накрывая ее своим телом и уволакивая на пол, в сторону от нежити. И вовремя. Мертвая женщина рвала в клочья мягкое кресло голыми руками. Юноше повезло, что он сидел лицом к нападавшим. А вот Александр оказался в проигрышном положении. Видя рослого мертвеца лишь боковом зрением, он потянулся за палочкой на поясе, но поздно. Верзила выкинул его из кресла, словно пушинку. Склонился над проснувшимся от шума Петром Ивановичем и впился желтыми зубами ему в шею. Министр вскрикнул. А в следующее мгновение упырь, вырвавший кусок плоти, оторвал повисшую голову руками и отбросил ее в сторону Софьи, оцепеневшей от страха. «Баррьире» – громыхнул Тобиас, создав защитную сферу вокруг девушки и ринулся вперед, в сторону мертвой женщины. Александр, невольно снесший своим телом несколько столиков, с трудом встал на ноги. От поднявшегося шума большинство пассажиров проснулись. Те, кто не спали, стояли с палочками наготове. Но в создавшейся неразберихе не могли понять, что происходит. Кричали дети. Ломалась мебель.