Вепрь

Дело было в Сергее. Славянка поняла, что по уши влюблена в него, что ей гораздо приятнее жить с ним в крошечной тихой квартирке, чем без него где-нибудь в Гонолулу. Раньше такого с ней не случалось. К мужчинам она относилась всегда с чисто практической точки зрения.

– Можно, я спрошу тебя об одной вещи? – начала она однажды ночью, прижавшись щекой к его плечу.

– Пожалуйста…

– Ты никогда не думал о том, чтобы завести дом, детей, жену? В общем, жениться.

– Жениться? – он ни капельки не удивился этому вопросу.

 – Конечно, думал, и не один раз. Если ты имеешь в виду нас с тобой, то можешь не волноваться – мы обязательно поженимся, как только вырвемся отсюда. Вернёмся ко мне домой, в Сибирь, отгрохаем свадьбу и мотанем в путешествие… куда ты там хотела? На Гавайи?

– А когда нам можно будет уехать отсюда?

– Как только это станет безопасным.

Это был очень условный срок, но Славянка стала терпеливо ждать.

Однако уезжать им пришлось не потому, что это стало безопасным, а как раз наоборот – оставаться было равносильно самоубийству.

Однажды Сергей с раннего утра куда-то ушел (он никогда не говорил, куда идет и когда вернется) и вернулся к вечеру. Славянка на кухне готовила нехитрый ужин, и это положение домохозяйки доставляло ей неожиданное удовольствие. В глубине души ей всегда хотелось вкусить такой вот незатейливой жизни, в которой нет погонь, интриг, перестрелок, а есть привычный, размеренный ход событий, когда, просыпаясь утром, ты знаешь, чем будет заполнен твой день, знаешь, что к десяти часам тебе предстоит идти в магазин за продуктами, в два часа начинать уборку квартиры, а ближе к вечеру – готовить ужин и дожидаться возвращения мужа, которому, может, и не понравится твоя стряпня.

Такой быт осточертел миллионам женщин, но для Славянки это было в новинку, и она даже испытала какую-то гордость оттого, что теперь перестала быть девчонкой с улицы, бездомной авантюристкой, а стала почти такой же, как и те женщины, что живут по соседству с ней. Почти. Была одна червоточинка, которая не давала ей покоя, – она чувствовала, что это временно, что скоро все опять вернется в старую колею.

Приблизительно об этом она думала в тот вечер, стоя над шипящей сковородой, когда в прихожей вдруг громко хлопнула дверь. Испуганная Славянка увидела, что Сергей, не раздеваясь, прошёл в комнату.

Она поняла, всё кончено. От этой мысли её прошиб озноб.

– Сергей! – крикнула она, не в силах двинуться с места.