Эпоха перемен

Мимо пробежит, буркнет приветствие, вот и всё общение.

Стоило только выйти из подъезда, как летнее солнце с яростью набросилось на нас, жатно впиваясь в тело раскалёнными щупальцами. Я натянул козырёк кепки поглубже на глаза и вслед за Витьком нырнул в спасительную тень деревьев.

Машина уже пришла. Большой, трёхмостовый армейский КамАЗ, гружёный картонными коробками, из кузова которого сейчас два солдатика сгружали простую обшарпанную парту. Рядом уже клубился народ, сдержанно гудя разговорами и с вожделением поглядывая в кузов.

Крупный пожилой старшина огромной ручищей, поросшей рыжими волосами, извлёк из кузова стул, поставил возле парты, уселся на него, не обращая внимания на жалобный скрип, раскрыл перед собой толстую папку и извлёк пачку списков, распечатанных на принтере.

– Подходим по одному, – пробасил он. – Паспорта готовим заранее.

Толпа взволновалась, забурлила, хлынула к столу и, наверное, снесла бы его, если бы у ней на пути не выросли четыре солдата с приготовленными к бою автоматами.

– Так! – загремел в воздухе голос старшины. – Все в очередь! В очередь, я сказал!

– Ты пайки нам выдавай! – донеслось откуда то из народа. – Не тяни!

– Это кто там вякает?! Если такие умные, почему строем не ходите? Прекратить все разговоры! А ну организовались! Если сейчас не будет очереди, я сворачиваю всю эту долбанную лавочку и уезжаю. Можно подумать, что мне нечего делать кроме вас.

Как бы то ни было, а угроза подействовала. Люди зашевелились и стали выстраиваться в неровную колонну, вяло переругиваясь.

Громко ругаться опасались и постоянно косили краем глаза в сторону военных. С них станется. Им-то, что? Каша три раза в день гарантирована. А нам без их ежедневных подачек – просто край. Долго не протянем. Мы с Витьком тоже встали в общую очередь, причём, получилось так, что оказались в самом конце.

– Ну, вот, не меньше часа стоять придётся, – сокрушённо вздохнул я.

– Если возиться на получении не будут, обойдёмся в полчаса, – не согласился сосед.

– Когда, без эксцессов обходилось? Вечно, или бабка тупая попадётся, или тётки подерутся.

Я, как в воду глядел. Очередь двигалась достаточно споро, пока дедок в толстенных очках не упёрся у стола, пытаясь прямо тут раскрыть коробку.

– Ты чё, дед? – вызверилась на него какая-то тётка. – А ну освобождай очередь!

– Ага! Счас! – дед оказался не робкого десятка. – Отойду, а там чего-то хватать не будет.