Город. Опасный контракт

Почувствовав себя в безопасности, сели где стояли, прямо на пол, глядя друг на друга круглыми от страха глазами.

– Не, мужики, я много чего видел за свою жизнь, – наконец заговорил Пингвин, – но такого! И, подумать только! Не львы, не носороги или крокодилы какие-нибудь. Птицы! Ну, пусть и не очень приятные, но какая-то пернатая тварь. И я бегу от них, как никогда не бегал от медведя на Дальнем Востоке.

– Успокойся, – проговорил Хром, – не ты один от них бегаешь. Сейчас улетят, посмотришь, что от шипохвоста осталось.

Сидеть пришлось часа два. Потом шум птиц за окном стих и Сержант, слегка отодвинув журнальный столик, выглянул в окно и убедился, что вороны улетели. Просидев для надёжности ещё полчаса, всё-таки выбрались на улицу и Хром кивнул Пингвину на останки кота. Заказчик глянул и вздрогнул. На земле валялся совершенно голый скелет, на котором не осталось ни кусочка мяса. Обработан дочиста.

– Вот поэтому и бегут все, только стоит воронам на горизонте появиться.

– Жёстко. И человека вот так?

– А какая разница? Для них мы все мясо.

Дом обошли со стороны, противоположной РОВД и перешли дорогу, прячась за корпусами ржавых машин. Дальше потянулся частный сектор. Сразу на повороте обозначилась бритва, слегка преломляя лучи света. Сержант сунулся к ней, осмотрел и сокрушённо покачал головой.

– Что, нет ничего? – переспросил Хром.

– Пусто.

– А что там может быть? – уточнил Пингвин.

– Артефакт, что ещё? Хрустальный шар. Очень редкий и дорогой.

– А что в нём такого?

– От всех болезней помогает. Если слизень только кости и связки восстанавливает, хрустальный шар и мёртвого с могилы поднимет. Нет, я, конечно, немного утрирую. Но на самых последних стадиях рака в полный рост людей поднимает. Онкология без следа рассасывается. Мы бы на одном шаре так бы озолотились, что на большой земле год бы спокойно кайфовали. Ладно, давайте вперёд. Нам ещё до девятиэтажки топать и топать.

Вдали, куда он махнул рукой, действительно возвышалась над прохудившимися крышами частного сектора свечка высотки.

– А зачем она нам? – спросил Пингвин, отмахиваясь от я довитого плюща.

– Заночуем там.

– Так до неё же рукой подать. А до ночи ещё пол дня.

– Ты в Городе. Это по прямой рукой подать. А здесь прямых путей нет. Вон, смотри, хищный тополь прямо по курсу. Значит, сворачивать надо. Вот так к вечеру бы до неё дотопать.