Игры с богами

– Я правильно понял, что мы сейчас в другой реальности? – вкрадчиво поинтересовался Игорёха.

– Да, ответьте! – вставил своё слово я, хоть и слабо понимал, о чём идёт речь.

– Нет, неправильно, – невозмутимо покачал головой Юкка-тайда. Сейчас мы находимся в изначальном месте. Нас нет ни в одной реальности.

– Как-то сложно это, даже, осознать, не то, чтобы поверить, – потёр переносицу Игорян. – Как понять – изначальное место?

– Первая твердь, которую создал Ульгень. Остальные реальности пошли от него, и являются его отражением.

– Начальное измерение? – ахнул Игорян. – Нулевая реальность!

– То есть, это та самая вневременная точка, в которой находится сам артефакт? – уточнил я. – Помнишь, ты мне говорил в «Гамбринусе»?

– Нет. Время тут течёт. Это совсем другое.

– Ты что-то знаешь об этом? – резко повернулся к нему Лёха.

– Не то, чтобы знаю. Я, ведь, не физик. Просто, краем уха слышал некоторые теории о множественности измерений.

– Как это? – не понял я.

– Понимаете, есть теория, согласно которой, наш мир – не единственный.

Существует бесконечное множество миров, в которых действуют одни и те же законы, протекают одни и те же процессы. И, даже, мы с вами есть во всех этих мирах. Эти миры, словно лучи, расходятся из одного и, чем дальше они уходят, тем больше изменений в них происходит. История, по сути, это цепочка случайностей. Вот и получается, что, если изначально эти миры были идентичны друг другу, то в процессе развития накапливаются отличия. Например, в каком-то измерении столица нашей Родины не Москва, а, например, Псков. Ведь, действительно, Псков реально претендовал на роль собирателя земель русских и, впоследствии, на роль столицы, но не справился с этой задачей. А в другом измерении – справился. Так же и мы. Помнишь, Славик, как мы дрались школа на школу в восьмом классе, а потом убегали от милицейской облавы?

– Это, когда мы потом половину ночи отсиживались в каком-то подвале, а потом вылезли все в паутине? Помню, конечно.

– А, что, если нас в другой реальности замели, мы познакомились в участке с какими-нибудь уголовниками и покатились по наклонной, превратившись, в результате, в матёрых рецидивистов?

– Эк ты хватил.

– Ну, а что? Реально?

– Может быть.

– Если верить нашему уважаемому Юка-тайда, выходит, что мы сейчас находимся в той самой нулевой, или эталонной, реальности. Только, я не могу понять, как это возможно?

– Я же говорю, что Ульгень может многое.