Как я провёл лето

Ох, что я делаю! Это же, по сути, смертный приговор! Но, наверное, по-другому нельзя. По-крайней мере, для меня. А там, выкрутимся. Но этому упырю я Леру не отдам. Солома, похоже, это понял. Недобро сверкнув на меня глазами, он опять повернулся к девушке.

– Похоже, нам договорить сегодня не дадут. Даю тебе три дня на решение проблемы. Через три дня жду в офисе. Адрес – на визитке. Держи.

Однако, умный мужик. Не стал тут драку затевать. А, мог бы. Всё-таки, трое с пистолетами на меня одного – вселяет уверенность в своих силах.

Правда, я, тоже, не с голыми руками. У того, что на крыльце, из оперативной кобуры под мышкой пистолет тиснул на всякий случай. Правда, всё-таки, я рад, что до стрельбы не дошло. Не хотелось бы разгром в доме устраивать и подвергать жизнь Леры опасности. Да и настрелялся я уже. Не тянет, как-то. Солома кивнул своим телохранителям и пошёл на выход. Они потянулись следом, а там – и я за ними.

– А, ты чего? – удивлённо поднял брови мафиози, увидев меня на крыльце.

 – Дорогу мы знаем.

– Вы калитку не закрываете, вот и прикрою за вами. Да и из машины кое-что забрать надо.

– Ладно. Но, ты, тоже, гостей жди. Мы не закончили.

– Всегда приятно поговорить с умными людьми.

– Шутишь? Оптимист.

Когда я вернулся с продуктами, Лера, словно тигрица, металась по холлу. Не мудрствуя лукаво, вывалил свои покупки прямо на кухонную столешницу и вышел из кухни.

– Ну? – поинтересовался я. – Что дальше?

– Дальше? – девушка остановилась.

 – Дальше я буду искать деньги. Сам слышал: у меня три дня.

– И, где ты их найдёшь?

– Постараюсь найти. Слушай, Глеб, ты, только, не обижайся, но мне нужно побыть одной. Опасность миновала, ко мне никто не заявится больше. Спасибо тебе за всё, но я, дальше, сама.

Похоже, она не понимает, что втянула уже и меня в свои неприятности. Думает, что, стоит мне уйти – мои неприятности закончатся. Хотя, разруливать непонятки лучше одному, чем с грузом в виде девушки.

А разруливать придётся. Солома не из тех людей, которые спускают на тормозах такие вещи.

Внешне спокойный, Солома был вне себя от ярости. Это прекрасно чувствовал Немец, ближайший помощник и, фактически, заместитель Саломатина. Расслабленная поза резко контрастировала с побелевшими пальцами, яростно тискавшими пузатый бокал с коньяком.

– Ты понимаешь, что он меня унизил? – тихим, звенящим шёпотом проговорил Солома.

– Да, шеф. Понимаю.