Катастрофа. Хроники выживания

Мы с десантником двинули вправо, туда, где в конце коридора находился плановый отдел.

– Тебя как зовут, десантник?

– Игорем, Никита Иванович.

– А лет то тебе сколько?

– Двадцать четыре.

– Ладно, Игорь, идём уступом. Я – впереди. Контролирую прямо по курсу и двери с правой стороны. Ты, естественно – лево и тыл. Понял? Ну и двинули. Только, аккуратно. Могут быть выжившие. Выстрелы, по любому, в помещении громко звучат. Услышат, в коридор выскочат. Главное их с зомби не перепутать. Но и не тормози. Работать придётся на коротких дистанциях.

Время думать не будет.

Шли осторожно, буквально сканируя взглядом каждую, попадающуюся по пути, дверь. Совсем, как в молодости, в горах Кавказа. Только, там мы, отнюдь, не по коридорам шастали. Но ощущения те же. Особенно, меня настораживал поворот в конце коридора. Там, за поворотом, был небольшой, на две ступеньки, спуск и тамбур перед дверью в архив. Тамбур не освещался и, в той темноте, мерещилось черт те что. Что-то фантазия у меня разыгралась. Да и память колыхнулась ощущениями боевой молодости.

Неожиданно, боковым зрением, я уловил некое движение. Обернувшись, увидел, как медленно поворачивается ручка двери в приёмную генерального директора. Волосы на голове встали дыбом. Прямо, фильм ужасов какой-то. Ручка опустилась до упора, и дверь медленно стала открываться. От нервного напряжения я чуть не выстрелил, когда услышал жалобный голос.

– Вы за мной пришли? Вы меня спасёте? – из-за двери, сначала, показались огромные от испуга глаза, а, потом, и вся секретарша генерального, бледная, растрёпанная, с размазанной косметикой под заплаканными глазами.

– Игорь! Что рот раскрыл? Контроль на триста шестьдесят. Здесь я разберусь. Это мой сектор!

– Принял! – отозвался, тоже, изрядно струхнувший десантник.

Я вытащил девушку из приёмной, проконтролировал помещение, закрыл дверь и, проверив по-быстрому на предмет укусов, направил её к братьям-пехотинцам. Убедившись, что меня правильно поняли, и глупостей не будет, опять занял своё место в боевом построении.

Ну, надо же, как быстро с меня слетела гражданская шелуха! Казалось бы, почти тридцать лет, как погоны снял. А, только, жаренным запахло, так даже думать военными словами стал. С такими мыслями я и подошёл к дверям планового отдела. За нами слышались женский плач и всхлипы.

– Игорь, контроль! Особое внимание на вход в архив. Что-то он мне не нравится.

– Есть. – Игорь присел на одно колено, настороженно водя стволом автомата по сторонам.