О чём молчат зомби

Экипаж, или мародёры перебили, или они прибились к проходящей мимо стае таких же заражённых под командованием живчиков. А машину давно разворовали. Медикаменты сейчас на вес золота. В принципе, нам далеко идти и не надо было. С краю проезжей части через равномерные промежутки находятся решётки ливневой канализации. А, прямо напротив – решётка побольше, технологическая. Вот туда нам и надо. На ходу вытаскивая из ранца небольшую фомку, я подбежал к решётке и, привычно подцепив, сковырнул её. В нос сразу шибануло гнилью.

Обычный запах. И чего Гера морщится?

– Прыгай, давай!

– Туда?

– Туда! Быстрее!

Герыч, зажав нос, обречённо сел, свесил ноги и прыгнул вниз. Я – следом, и сразу задвинул за собой решётку. Ноги привычно погрузились в грязь, а я включил фонарик и осветил небольшой приступок у стены.

– Садись. Отдыхать будем. Заодно и перекусим.

– Здесь? Тут же воняет.

– Зато спокойно. Зомбаки не мешают.

– Ты уверен, что они сюда не заявятся? – Герыч опасливо посветил своим фонарём в тёмный зев тоннеля.

– Уверен. Они сырость не любят.

Когда началась вся эта катавасия, мы, как раз, совершали утреннюю пробежку по их стадиону. Привычка у нас такая была. Лично я с армии к бегу трусцой пристрастился. А, как квартиру в том районе купил, так сразу себе присмотрел стадиончик по соседству. Ведомственный, правда. Принадлежит НИИ биологии. Но, по утрам заниматься никто не мешал. Там уже собралась группа по интересам. Такие же любители побегать, на турнике поподтягиваться, на брусьях поотжиматься.

В общем, команда из двенадцати человек любителей здорового образа жизни в полном составе. Бегаем, значит, а тут на поле выползает мужик. Одет, вроде, прилично, а мотает его, словно он всю ночь водку стаканами хлебал.

– Гля, как мужика прёт! – воскликнул Игорёк, пухлый паренёк, упорно старающийся хоть немного похудеть.

– Ага, – согласился Иваныч, бывший десантник, всегда одевающий тельняшку под мастерку.

Мужик, услышав голоса, повернулся и посмотрел на нас.

Сразу стало как-то нехорошо. Я таких глаз ещё не видел. Тёмно красные, почти чёрные от полопавшихся капилляров, они смотрели с каким-то потусторонним выражением, словно сквозь них на нас глянула бездна.

– Мамочка! – взвизгнул Игорёк.

– Да мужик, по ходу, белку поймал, – подошёл к нам разминающийся неподалёку Санёк.

– А вон та с ним, наверное, бухала, – показал на выходящую на поле толстую бабёнку в цветастом домашнем халате и одном тапочке Сёма.