Одиссея «Бродяги». Загадки далёкой галактики

Когда под непрерывным обстрелом, сметающим с палуб целые эскадрильи истребителей, в открытом космосе заводишь пластырь, чтобы залатать пробоину, или в, почти разваливающемся на части судне, ремонтируешь антиграв, ещё раскалённый до нескольких тысяч градусов – такого, наверное, и врагу не пожелаешь. А Егор всё это прошёл. Навигации обучился уже после войны, на краткосрочных полугодичных курсах и пилотом был посредственным. Как говорят в среде космолётчиков: плохой аналог плохого навигатора. Но, для этого и командор есть, чтобы судно вести.

А хороший техник – это очень большая редкость.

– Что, я друга пригласить не могу просто так? – картинно обиделся Тэд. – Сижу у себя на вилле, отдыхаю, а душа не на месте. Как это там мой друг Винс поживает? Не заработался ли. И, знаешь, так неуютно становится. И стыдно, даже. Я тут пузо грею, а командор космос бороздит.

– Ой, ли! С чего это такая забота?

– От доброты душевной. Вон туда проходи. Колымагу видишь мою?

На стоянке флаеров стояло чудо. По-другому это произведение инженерной мысли назвать было нельзя.

Перламутровый корпус, плавные, даже, хищные обводы, мощный антиграв с разгонными усилителями в гребенчатом конусе в хвостовой части. Он отдалённо напоминал птеро, изготовившегося к атаке. Почуяв подходящего хозяина, флаер пискнул обрадовано и, даже, кажется, встрепенулся. Милкоф подошёл к машине и с гордостью похлопал его по перламутровому боку.

– Неплохая колымага, – одобрил Грэй. – Дашь покататься?

– Этот, конкретно, на меня настроен.

Никого другого и слушаться не будет. Но, ничего. Выберешь у меня в гараже. Не хуже машинки стоят. Грузись, давай. Там Маша с Ирмой стол накрыли. Ждут, не дождутся.

– Они с тобой живут?

– Нет. Тони с Машей по соседству, через две улицы, виллу попроще приобрели, а Ирма специально ради тебя из Гварды прилетела. Она теперь там живёт.

– Чего это она аж в другое полушарие перебралась?

– Там ей больше импонирует. Климат, говорит, помягче. Оно, действительно, тут жара стоит сильная, но мне нравится.

Флаер легко оторвался от покрытия стоянки и, заняв необходимый коридор, рванул вперёд. Грэй прилип к окну, рассматривая пейзажи, проносившиеся внизу. Двух-трёх-этажные постройки, большие придомовые участки, засаженные зеленью, с дорожками и бассейнами, выглядели непривычно. На Земле, где каждый квадратный метр поверхности был на вес золота, такое бездумное расходование пространства выглядело бы полным сумасшествием. А тут – в порядке вещей.