Там, за краем этого мира

Я его отваром напоил, и сюда сразу.

– Беги к Захару. Пусть сани запрягает. Сюда его привезём, а то, как бы он там не преставился. Давно их не было.

– Кого?

– Случайников.

– Это, что, случайник был?

– Ну, а кто же? Судя по тому, как ты его описал, случайник и есть.

– А, разве они так появляются?

– По-разному. Никогда не угадаешь, где на них наткнёшься. Это сейчас их нет. Вон, твой, за несколько лет первый. Я уж думал, что больше не будет их. А, ить, появился. Раньше-то их много было. Иной раз прямо посреди деревни проявлялись.

Ну, чего уши развесил? Беги к Захару шибче. Надо этого твоего случайника с заимки перевозить. И, скажи, пусть тулуп в возок кинет. А то только труп мороженный привезём.

– Я мигом, – крикнул Андрей откуда-то из сеней.

– Мигом, – передразнил его Иван и задумчиво пожевал губами. – Мигом. Кому миг это миг, а кому и вечность.

Я открыл глаза и уставился в белёный дощатый потолок. Было тепло, да и лежалось удобно и мягко. Что-то не то. Никак не могу вспомнить, как я сюда попал.

На апартаменты гостиницы не похоже, на мою дачу – тоже. И, уж, точно я не дома. Осторожно огляделся. Деревенская изба. Именно такая, какую я помню из своего детства. Тогда меня, ещё совсем сопливого мальчугана, родители привозили в деревню к бабушке. Запах чего-то слегка прелого, бревенчатая стена, тепло от белёной русской печки, домотканые дорожки на полу и тканевая занавеска, огораживающая закуток за печью, где я лежал. И как я сюда попал? Точно помню, что выехал на своём Мерседесе из Москвы.

Словно током прошибло от того, что внезапно вспомнилось всё: олень на дороге, неуправляемый занос, неумолимо приближающийся ствол сосны, пламя, с гудением вырывающееся из-под капота, заснеженный лес, заимка и паренёк с автоматом. Жаль, что это всё не оказалось сном. А, хотелось бы надеяться. Однако, это место тоже никак не могло быть той заимкой, в которой я вырубился. Или, всё-таки, парнишка меня вырубил? Да нет. Он передо мной сидел. Никак не мог. Значит, сам.

Помнится, тогда и голова болела, и знобило не по-детски. Видать, сильно простыл во время своего блуждания по лесу. Вот и вырубился на самом интересном месте.

А, всё-таки, где я? Перина, пуховая подушка, лоскутное одеяло. Где-то там, за печкой, за занавеской раздались шаги, звяканье посуды, и потянуло чем-то вкусным. У меня даже кишки скрутило и в животе заурчало. Только теперь дошло, насколько я голоден. Откинув одеяло, я сел в кровати и с удивлением оглядел себя.