Виражи судьбы

– Зато справедливо! На самой заре человеческой цивилизации, ещё на материнской планете, был такой правитель, который, захватывая город, убивал всех жителей вплоть до детей, выросших выше половины колеса их повозок. Таким образом, он лишал противника воинов, как в настоящее время, так и в будущем. Некому было мстить. А те, кому сохранили жизнь, были слишком малы, чтобы что-то помнить. И вырастали в преданности этому правителю. И он захватил почти весь материк, на котором жил! Это была самая большая империя во всём древнем мире!

– Всё, что вы сейчас сказали, шовинистическая пропаганда! Наглый, великодержавный шовинизм и геноцид! – раздался голос гаденького.

А у него не только внешность отталкивающая. Один голос чего стоит. Тихий, вкрадчивый, словно гадюка, заползающая ночью к тебе в ботинок, чтобы ты, сунув туда ногу при команде подъём, получил смертельный укус.

– Почему, только за то, что у них другой цвет кожи, вы должны подвергнуть их тотальному истреблению?

– Я так не говорил! – взвился крупнолицый.

– Тогда, потрудитесь не применять в отношении их оскорбительное название «Гоблины»! У этой расы есть имя. Ноохчув! Конфедерация проявляет жесточайший шовинизм и геноцид по отношению к ним. Когда-нибудь, наши потомки покроют нас позором. Бедные ноохчув и так пострадали от тех условий, в которых была вынуждена развиваться их цивилизация. Вы посмотрите, как изуродованы их тела! И, в тот момент, когда они, наконец, нашли те миры, которые более подходят для жизни человека, мы начинаем их уничтожать!

– Что вы предлагаете? – заинтересованно спросил ведущий.

– Я предлагаю сесть с ними за стол переговоров. Мы можем обсудить с ними условия заключения мира, уступить им парочку звёздных систем и помочь с обустройством на новом месте.

– Но, они, вообще, не идут на переговоры! – взвыл крупнолицый. – Я уже не говорю о том, что они первые развязали эту войну!

– Это говорит о том, что мы сами не очень-то хотим мирного разрешения этого конфликта.

– Я больше не могу смотреть этот бред, – взмолился Саня.

Только сейчас он заметил, что сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. В висках молоточками стучала кровь, а на лбу выступила испарина.

– Тогда, пошли, прогуляемся, – засмеялась девушка. – Бот не может выключить эту программу, но мы вольны уйти.