Осень. Фантастическая повесть

Я сначала даже подумал, что это Елена Петровна, но по пути к двери вспомнил, что она в больнице.

Это был сосед. Я, честно говоря, совершенно не ожидал его увидеть.

– Здравствуйте, Женя, – сказал он и протянул руку.

Я протиснулся мимо него на лестничную площадку, чтобы не здороваться через порог, но это его почему-то смутило. Он опустил руку и смотрел на меня с явным недоумением.

– Через порог не здороваются, – пояснил я.

– Почему?

Теперь уже я посмотрел на него с недоумением, но он был совершенно серьезен.

Похоже, что он об этом действительно никогда не слышал. До последнего момента я был совершенно уверен, что об этом знают все. Мне даже пришла в голову мысль, что это только я один об этом знаю, и все только делали до этого вид, что так и надо, а сами про себя думали «а парень-то со странностями» или что-то в этом роде.

– Как почему? Не здороваются через порог, – ответил я в надежде, что он скажет – ах да, действительно, я и забыл, но он и не думал ничего вспоминать.

– А почему не здороваются?

– Примета такая, – сказал я скорее вопросительно, чем утвердительно.

Я уже не был уверен, что о ней знает еще кто-то, кроме меня.

– А-а-а. Здравствуйте, Женя, еще раз. – Он опять протянул руку. – Я вас хотел спросить. Я собираюсь пойти в больницу к Елене Петровне, вы не хотите сходить со мной, если вы, конечно, не заняты. Я думаю, ей будет приятно.

Я не знал, что сказать. Я, конечно, мог что-нибудь сочинить, как вчера про родственников или еще что-нибудь, но он, конечно, не поверит.

Да и никто не поверит, хотя есть и такие, которые действительно верят, но он не поверит по-другому, не так, как все. То есть это вроде как принято так, что ли. Люди говорят, что у них именно сегодня очень важные дела, а другой должен как бы поверить.

Но он по-настоящему не поверит. И даже не будет меня, наверно, осуждать. Да нет, точно не будет осуждать. Он меня скорее пожалеет. А вот когда меня жалеют, я не люблю.

– Да, конечно. Я сейчас только оденусь.

– Хорошо. Тогда я буду ждать вас внизу.

Я узнал часы посещения и адрес.

Он достал из кармана листочек бумаги, и некоторое время разглядывал его.

– Палата 312, корпус три, с двенадцати до пяти. Я вас буду ждать через десять минут внизу. Вам хватит десяти минут?

– Да, конечно, – почему-то ответил, я. И сам на себя разозлился. Десять минут на то, чтобы умыться, и позавтракать, и одеться, конечно, не хватит.

Через десять минут я стоял внизу злой, голодный и неумытый, а его не было.