Звено цепи

Слабость во всем теле неприятна, руки дрожат и есть хочется, нет, даже не так, я хочу жрать! Живот к спине прилипает, желудок выдает такие звуки, что Сириф с опаской подальше от меня держится.

– Не знаешь, где моя одежда? – сижу и пытаюсь взглядом найти хоть что-то, что похоже на одежду.

– Возле окна, на лавочке твоя одежда.

– А обиделась на что? – я её давно уже знаю, как и эти тональности в голосе. Голышом перед ней не раз щеголял, а ты подишь ты, отвернулась. – Ну, чего молчишь? Что не так?

– Дядь, будь осторожней с этими ведьмами.

Ты на всё смотришь с открытым ртом, а они тебя с радостью используют, в голову влезут, нашлют тебе своих идей, а ты будешь под их дудку плясать, и думать, что это ты так придумал и решил. Я всегда рядом с тобой была, когда она лечила тебя, но я не уверенна, что она ничего тебе в голову не вложила.

– Понятно. Спасибо, что сказала, а не как обычно «сам узнаешь», «сам поймешь»… – пытаюсь разобраться в этих тряпках эльфийских и не понимаю, как эти шнурки на мотне вяжутся! – Сириф! Помоги! – от моей просьбы у неё клюв отвис, сидит с открытым клювом и пялится на меня, а я с этими шнурками без подштанников, с распахнутыми штанами на выпуск… – Чего смотришь? Как это вяжется? – как же ржать хочется…

– Я не знаю…

*****

Через полчаса мучений и смеха, я справился со всеми этими завязками, шнурками и рубашками.

Я аж умаялся, но хвала мне за терпение и ни одного матерного слова. Моя комната была на втором этаже, поэтому пришлось не спеша спускаться, ноги трусятся и не желают меня передвигать, без риска не навернуться с этой узкой лесенке. Но домик миленький: везде цветы в горшках, занавесочки, мебель деревянная, подушечки, коврики плетенные.

Голоса услышал за занавеской из таких же бусинок, как и в той комнате, где очнулся. Узнал голоса братьев, Тресари либо молчала, либо её здесь не было, а вот третий голос мне не знаком.

Аккуратно отодвинул эти бусы, вышел на веранду и остановился…

Это сюр какой-то… за овальным столом сидят братья, одеты как я, чай пьют, а с ними за столом сидят шляпник, кролик и мышь.

– О! Проснулся, братец! – Фаут улыбается и макает сухарь в чай.

– Ага… А Алису где потеряли?

– Какую Алису? – этот с заячьими ушами подскочил и ушами вертит.

– Нашу Алису? – парень в цилиндре уставился на меня.