Опасное расследование. Детектив

– Очень часто из таких экземпляров получаются отличные лошади для барьерных скачек, – ответил я.

– Неужели. А я не знал.

«Алмаз» мотнул головой и обвёл присутствующих зрителей беспокойным взглядом. Это был признак капризного нрава. Затем он сделал несколько шагов назад, потянув за собой служащего и неожиданно встав на дыбы, заржал. Его в несколько приёмов успокоили. Жеребец, неохотно подчинившись, продолжил движение по кругу. Что—то ему не понравилось? А может быть кто—то? Лошади очень чутко реагируют на присутствие людей относящихся к ним враждебно.

Я обратил внимание на мужчин стоящих близко к кругу. Они что—то обсуждали. Мой взгляд остановился на крайнем из них. Человек очень маленького роста прищурив глаза, с явной злобой смотрел на жеребца. Это был жокей по имени Заур, но за глаза его называли уничижительным прозвищем – «Карлик».

Я повернулся к Анжеле. – Ты видела последнюю скачку с участием «Алмаза»?

– Да, – ответила она. – Я думала, что он придёт первым.

Он мчался в полном задоре, но пришёл вторым. Я была удивлена. Не знаю, что с ним произошло.

– А кто был наездником?

– Заур, – проронила она. – Гадкий тип. В тот день я увидела, как он ударил хлыстом по морде лошади. «Алмаз», сбросив его, убежал в конюшню.

– А владелец лошади – видел?

– Нет. Он находился в здании.

В это время служащий ведущий аукцион расхваливал жеребца, его историю и происхождение.

– Итак, его цена сто пятьдесят тысяч, кто больше? Сто пятьдесят за такого коня – это же не деньги! Давайте, давайте!

– Сто шестьдесят… сто семьдесят… сто восемьдесят… двести тысяч…

– Я его куплю, – сказала Анжела и посмотрела на меня.

Служащий аукциона накалял страсти.

– Двести двадцать тысяч… двести тридцать…

– Ещё минута и будет поздно, – сказал я.

– Двести сорок тысяч… может быть, двести пятьдесят тысяч? Спасибо, уважаемый. Двести семьдесят – против вас, сзади! Двести восемьдесят… двести восемьдесят тысяч раз…

– Так покупайте же! Иначе упустите…

Анжела вздохнула и подняла руку.

 – Триста тысяч!

Аукционист подхватил: – Триста тысяч! Новый покупатель! Есть желающие! Продано – раз… два…. Желающих больше нет? Продано Анжеле Бельской за триста тысяч.

– Это меньше, чем я хотела сегодня потратить, – сказала она.

– Рад за вас, – произнёс я. – Жеребец перспективный, если с ним поладить, то он себя ещё покажет и окупит все затраты.