Полоумники.

Вдруг Навуходоносор задрал свой хоботок и выпустил в сторону спины поток прозрачной слюны, которая мгновенно затвердела, образовав прочную прозрачную капсулу, спереди прикрепившуюся к голове и куполом окружившую туристов, защитив от неистовых порывов холодного ветра. Теперь группа передвигалась в полном комфорте, как в лимузине, при этом могла наблюдать через прозрачную стену всё происходящее снаружи.

Не успели туристы сначала замёрзнуть, потом согреться, как появился промежуточный пункт паломничества – озеро Манасаровар с гестхаузами (гостевыми домиками) на берегу.

Остановившись неподалеку от домика для полоумников, высадив пассажиров, Навуходоносор, как собака, стряхнул с себя прозрачный купол, разлетевшийся на десятки метров мелкими кусочками, принял невидимый для чужих глаз облик. Начало смеркаться, и особо разглядеть озеро не представлялось возможным.

– Что, пойдём селиться в это утлое бунгало? – наморщив свой носик, произнесла Лила.

 – Не похоже, чтобы там было уютно. Да и нигде здесь не может быть уютно. Холодина ужасная. На спине-то у Навуходоносора было классно!

– Пошли уже, хватит причитать, – доктор поднял с земли часть привезённого с собой скарба, шутливо подтолкнул Лилит за попку и взял за руку дочку, – другого выхода нет. Хоть чайку горячего выпьем. А остальное у нас с собой припасено.

– Я бы с удовольствием винцом погрелась, – прошамкала беззубым ртом бабулька Ядвига, – там хоть выпить можно будет без качки, не так как на спине нашего монстра!

Глава 6.

Легенды Тибета

Открыв дверь гестхауза, Гоблин засунул свою голову в комнату:

– Привет всем!

– Салям алейкум! – появилась голова Рыла.

– Хеллоу! – Нычке тоже захотелось показать присутствие интеллекта в этом маленьком черепе с большой челюстью.

– Нихао! – маленький толстый китаец приветствовал гостей.

– Это чой-то, он нас обидеть хочет? Что он матерится на наше приветствие? – в Гоблине заговорил безмозглый боксёр.

– Да успокойся ты, – Железный Феликс прошёл вперёд тройняка, – это он так по-своему нас приветствует. – Нихао, – он поклонился монаху.

– Нихао, нихао, – продолжал китаец.

– Похоже, он ни бельмеса не понимает по-русски! – вмешался в разговор Адам Ильич. – А нашей гидицы и след простыл.