Подарок на конец света

Например тем, как молчаливый парень по имени Захар, тот, что с холодным взглядом, полном решительности, дубасил кирпичную стену, пока кожа окончательно не сползала с мослов, а ни в чём не повинная стена не истекала его кровью. Или же тем, как старый немец, с самого сначала шоу часами молившийся, а после усердно рвавший пододеяльник и матрац, пытался соорудить нечто вроде виселицы, использовав лампу в камере как держатель. Вся затея рухнула на том, что кровать была прибита к полу, а без опоры до лампы не дотянуться. Завораживало многое, на что было действительно интересно посмотреть.

Иногда, особенно в те времена, когда игроки, изнуряющие от голода, не вытворяли ничего интересного, то бишь – молчали и не пытались себя убить, ведущий рассказывал разного рода истории из жизни заключённых.

Игорь Шарапин – русский спецназовец, дошедший до катушки на почве войны, убивший трёх рядовых за неповиновение, сломав двум шею и избив до мучительной смерти третьего, обычно вёл себя смирно и почти всегда отжимался или приседал.

Спустя неделю голода и отсутствие какого-либо общения попытался утопится, застопорив раковину обрывком простыни.

Илья Волдырёв – типичный лысый зек в наколках и с взглядом серийного убийцы был насильником и на его счету действительно имелся десяток-другой жестоких убийств. Посадили его не в первый раз. В этот – за изнасилование дочери мера. Как ему вообще удалось после этого выжить – так и осталось для Сергея загадкой.

Захар Глущенко – среднестатистический юноша. Родом из Украины. Никаких особых примет не имел.

Всё время молчал, но иногда срывался и орал в камеру что-то на украинском. Посадили его за попытку убийства, а фактически – порчу частного имущества. По словам ведущего – паренёк, по одной только ему известной причине, кинул в окно дома самодельную гранату. Дом принадлежал блюстителю закона, и это было единственным, что добавил толстячёк в бейсболке, которого, кстати, звали Геннадием. Жильцы дома в момент взрыва находились в другой части дома, поэтому никто не пострадал. Зато сгорел диван и почернели полы.

Четвёртым был немец по имени Гельмут Мейер. Весьма вспыльчивый, заросший чёрной щетиной пессимист напоминал Робинзона Крузо после полугода на памятном острове. Всё свободное время, коего у него было в достатке, он ходил кругами по тесной камере и что-то шептал под нос. Вид у него, честно признаться, был жуткий. Посадили его, если верить ведущему, за мошенничество в особо крупных размерах. Какое именно – Сергей так и не узнал.