Загвоздка

На следующий день, в свой выходной, встал пораньше, около 9–ти и тут же побежал к ДжаNET, надеясь застать Олюверу. Но она уже укатила в универ в НиНо[54 - Нижний Новгород.].

– У Оли кто есть? – спросил я ДжаNET, нежившуюся в постели с книжкой, кажется с Джойсом, с Сартром или Кафкой, или со всеми вместе, литературная групповуха – это у неё обычное дело.

– Ха, – воскликнула та. – Она тоже про тебя спрашивала. Вы бы так ничо вместе смотрелись, гламурненько. Не, даже готичненько. А, один пенис… Два трупа они и в Караганде два трупа.

– А по–сути, без лирики?

– Я сказала как есть, что ты с Шосси и у тебя всё на мази…

– Какой нахер «шосси–мази»?! – Взорвался я. – Мы расстались давно!

– И кто об этом знает?! – Мертвенно–сонно, но с претензией на укоризну интонацией, риторически спросила она.

– Ну, да, прости. И чоу? – пытался я не выдавать кипевшие во мне гнев и ярость, замешанные на пожизненном обломе.

– Она сразу, прям на глазах, как узнала, сникла так, и говорит: «Тогда скажи Швахцу, что я буду с ним».

Швахц меня до того о ней штудировал. Он первый, однако, ему и карт–бланш[55 - Карт-бланш (фр. Carte blanche. букв. «белая/пустая карта») – неограниченные полномочия, предоставленные доверителем доверенному лицу при осуществлении деловой операции от имени доверителя. Может означать: полная свобода действий или право выбора между вариантами действия.].

– Надеюсь, ещё не сообщила ему?

– А чего тянуть-то? С утра и позвонила, как Оля на электричку на Пушкинскую сорвалась ко второй паре.

– Блин! Блян! Блюн! БЛОН!!! Нафига?! – это я шёпотом, так что извиняться больше не надо было за крик. Мне не хотелось обламывать Швахца, у меня были к нему тёплые дружеские чувства, уважение, мужская дружба, и я оказался в плену этих чувств, понимал, что даже не посмею встать между ними и отбить Олюверу, даже если пока ничего между ними нет, то нити уже потянулись. Только если каким–то чудесным образом она сама придёт и скажет: «Люби меня, люби»[56 - Песня группы «Отпетые мошенники»]… Какой же я халявщик!

– Так мне сказать ей, что ты свободен или как? – в интонации ДжаNET чувствовалось, что она запереживала за нас по вдохновению свыше, не иначе от моих пришельцев–хранителей.

– Не. Нельзя. Швахц натура более тонкая и молодая, нежели я, грубиян, может не выдержать такого дрэма, наверняка уже ликует в глубинах сердца.