Загвоздка

Штакет – выпотрошенная папироса, без табака, который смешивают с канабисом или берут чистый канабис и набивают снова, папироса принимает прежний вид.]. Всё по Нидерландским стандартам.

– Явились и говорят: «Мы за тобой, Ираклий». Меня Ираклий звать, кстати, – протянул он руку. – Нет, я не иверец[13 - Грузин] и даже не эллин[14 - Грек], тем паче не иудей[15 - Еврей]. Родиться только вот угораздило 22 марта, в день памяти Севастийских мучеников[16 - Воины–христиане, принявшие мученическую смерть за веру во Христа в Севастии (Малая Армения, современная Турция) в 320 году при императоре Лицинии.

Православная церковь отмечает их память 9 (22) марта. Воины родом из Каппадокии (ныне на территории Турции) были в составе римского XII Молниеносного легиона, стоявшего в городе Севастии. Военачальник Агрикола потребовал от них принесения жертвы языческим богам, они отказались. После их отказа римские воины вечером их раздели и поставили в покрытое льдом озеро. Рядом поставили тёплую баню, чтобы желающие отречься от Христа могли в ней согреться. К утру один из воинов побежал в баню, однако, забежав туда, сразу умер. Как показывает сличение имён, приведенных в «Завещании» святых Сорока мучеников Севастийских, и имён, приведенных в Святцах, имя этого воина было Мелетий. Один из римлян, Аглай, видя стойкость духа христиан, сам разделся и присоединился к стоявшим в озере. По преданию, римские воины, видя, что мученики не замерзают, перебили им голени и сожгли. Обугленные кости мучеников были брошены в воду, чтобы христиане не собрали их. Согласно житию, спустя три дня мученики явились во сне блаженному Петру, епископу Севастийскому, и повелели ему предать погребению их останки. Епископ с несколькими клириками ночью собрал их останки и с честью похоронил.], а родаки на тот момент в Православие вдарились. В конце восьмидесятых, кто, во что горазд, и кому на что фартило, уходил не по разу, не по два и возвращался.  – «Мне ли не знать», поддакнул собеседнику дворник мысленно. – Так и они вскоре на Блаватскую переключились и Рерихов, но и это прошло. А «имялюбимое моё»[17 - Цитата из песни группы «Время и Стекло»] осталось. Им это имя сходу запало, а я и не возражал, будучи пупсом, а потом и самого даже прикололо и захотелось житие его почитать, весёленько они там, в озере, моржевали.