Исчезающий миг современности

Но почему-то такая, что местами и два человека пролезут одновременно.

За то на втором этаже, как голубятня, примостилась хорошо оштукатуренная небольшая надстройка с кружевным металлическим балкончиком и креслом качалкой на нём. Там жил старший надзиратель. Таким образом он все двадцать четыре часа в сутки надзирал сверху вниз. Если не он сам, то его благородная и дородная как пампушечка жена, сидя в кресле качалке и читая душещипательные романы. В то время они уже были – эти романы… душу раздирающие.

Младший полицейский подошел к металлической, плохо покрашенной краской дегтярного цвета двери и громко постучал.

Подождав минут пять он постучал еще громче! Было примерно половина десятого вечера, но темнота окружала, угадываемые предметы не такая, чтоб уж очень густая. Открылось в двери небольшое окошко, оттуда блеснул неяркий свет, за светом показалась вся красная, но лысая голова. Голова сердито буркнула —

– Чего тебе?!

– Принимай задержанного! – сказал младший полицейский.

– Ну и скотина же ты! – отпарировала красная голова.

 – Что не мог раньше притащить, или уже дождаться до утра. Я толко что уснул.

– Так ты еще и спишь на посту?! Это тебе даром не пройдет!

– Проваливай, пока я в тебя не швырнул чем нибудь тяжелым! – крикнула красная голова и захлопнулось окошко.

На шум открылась дверь на балкончике второго этажа, и появилась хорошенькая, по некоторым меркам, вся в кудряшках женская головка. Головке, правда, уже было лет сорок пять, но ведь это на любителя.

Так—как младшему полицейскому не было еще и тридцати, то головка вместе с пышным полуоткрытым бюстом и всеми остальными принадлежностями, подошла к перилам и чуть перегнулась над ними. Через разрез пеньюара выглянуло белое коленко и каким-то образом просунулось через не очень частые перильные стойки. Головка проворковала —

– Это ты Антоша?

– Я, Элеонора Маскидратовна! Как поживаете?

– Да как поживаем? … Сегодня праздновали день рождения комиссара, не так давно разошлись, так что мой муженек очень крепко уснул, и никакая пушка его не разбудит, хоть сто раз стреляй… Так что может чайку? —

– Нет Элеонора Маскидратовна, вы же видите я с государственным преступником

– Так отпусти ты его на все четыре стороны и приходи.

– Да вы что?! Элеонора… это вот… куда ж я его среди ночи? В каталажке хоть нары есть, чтоб переспать…

Но чайку на радость Антоши – не пришлось. Головка ошиблась. Муженька разбудило ее воркование.